Книга Ищи дурака, страница 162 – Харлан Кобен

— Вы, Кирс, – отвечает Томас.

— Я?

— Она увидела вас в новостях, – говорит Арчи. – Ну, помните все эти публикации о том, как вы впали в немилость? Она узнала вас, и это выбило ее из колеи. Вас уволили. С волчьим билетом. Она чувствовала себя ответственной. Говорила, что это то же самое, как с Талией, когда неведение было для нее пыткой. Что вы страдаете точно так же. Она хотела все исправить.

Это совпадает с тем, что Анна сказала мне тогда в парке.

— И она пришла ко мне на занятие, – говорю я.

— Да. Думаю, она считала, что на том все и закончится. Никто из нас не ожидал, что вы окажетесь таким изобретательным и выследите ее. Когда вы здесь появились, я понял, что вы не успокоитесь, пока не докопаетесь до правды.

— И решили взять ситуацию в свои руки?

— Насколько это вообще было возможно, – говорит Арчи. – Я всегда так поступаю. Из самых благих побуждений. Давайте взглянем правде в глаза. Я был прав, так ведь? Вы бы не отступились.

Пожалуй, так оно и есть, думаю я.

— Наняв вас, я получал по крайней мере какие-то рычаги воздействия на вас и некоторую защиту. Соглашение о неразглашении. Деньги. Вы обязывались докладывать мне обо всем, что вам удалось бы выяснить. Как сейчас. Что бы вы там себе ни думали, вы сейчас выполняете свою работу. Я нанял вас для расследования. И сейчас вы просто докладываете о том, что вам удалось выяснить, в полном соответствии с вашим контрактом.

— Неожиданный поворот.

Молчание.

— Теперь нам осталось прояснить только один вопрос, – говорю я.

Я жду. Они ждут.

Наступил момент истины.

Я все это время сознательно ходил вокруг да около, потому что не хотел раньше времени их спугнуть. Как я уже говорил, до правды можно добраться самыми разными путями. Главное – не переть напролом. Но теперь, если уж придерживаться этой убогой метафоры, мы вышли на финальный отрезок дороги, однако впереди по-прежнему находится преграда, так что, к сожалению, выбора у меня нет.

Я вынужден ее протаранить, и черт с ними, с последствиями.

Я знаю это. И они тоже знают. Томас закрывает глаза и стискивает кулаки, словно готовясь принимать удар.

И я обрушиваю его на них со всей мощью:

— Что случилось с Викторией?

Их головы поникают. Что у отца, что у сына. Глаза смотрят в пол. Выходит, говорить придется мне.

— Она мертва, так ведь?

Молчание.

— Она погибла в ту ночь. Первого января двухтысячного года.

Молчание.

— Как это произошло?

Молчание.

— У меня есть версия, если вы готовы ее выслушать.

Они не готовы. Меня это не волнует.

— Начнем с ваших алиби. Томас, вы сказали, что ваша бывшая подружка Лейси Монро позвонила вам, чтобы помириться. Судя по списку звонков, это было в 01:21. Все так?

Он кивает, не поднимая головы.

— Я нашел Лейси, – говорю я. – Она теперь живет в Портленде. Она подтвердила, что в ту ночь звонила вам, как вы и говорили, но вы приехали к ней только к пяти утра, почти через четыре часа, хотя она жила всего в двух милях от вас. Фэбээровцы, кстати, тоже обратили внимание на нестыковку. Отчасти поэтому вас подозревали. Но они решили, что вы, видимо, были настолько пьяны, что снова вырубились, и не стали копать дальше. – Я поворачиваюсь к отцу. – Арчи, вы изначально вовсе не собирались в Чикаго. Но вам неожиданно понадобилось алиби, а что может быть лучше, чем устроить сюрприз жене, прилетев к ней на частном самолете?