Книга Энигма, страница 124 – РуНикс

Вместо того, чтобы воздеть взгляд к потолку, Салем устремила его на татуировку – звезду над сердцем прямо под ее рукой.

В честь почившего брата.

Она прижалась к звезде мягким поцелуем, не зная, сможет ли как-то облегчить боль Каза. Но Салем вспомнила один урок, который он преподал ей, когда девушка была на грани, – просто быть рядом. Быть рядом с ним, показать, что он не один в своем страдании.

Он слегка сжал ее руку в ответ, и вдруг тиски вокруг ребер ослабли, стало легче дышать.

— Незадолго до совершеннолетия брата дядя отрекся от нас и выставил за порог, – продолжил Каз все тем же низким тоном. – Мы потеряли трастовые фонды благодаря их идиотским адвокатам, наши счета заморозили, жизнь в одночасье изменилась. Раньше мы жили в особняке, теперь стали бездомными, когда-то катались на роскошных тачках, но в итоге путешествовали пешком, стирая ноги в кровь.

Он глубоко вздохнул, словно воспоминания давили грузом, и Салем провела ладонью по его груди, снова черпая вдохновение в том, как Каз успокаивающе гладил ее по волосам.

— Лаз был здоровяком, поэтому выдавал себя за взрослого и опекал меня. Он был чертовски умен, но нам пришлось бросить учебу, потому что мы не могли больше позволить себе посещать нашу старую школу. Все силы мы направили на выживание.

Салем слушала, позволяя Казу выговориться и сбросить часть груза, который она готова принять на себя, если это облегчит его ношу.

— Я уже говорил, что брат был здоровяком? – спросил он с легкой улыбкой.

— Да. – Салем сглотнула, в горле встал ком. – Подобно тебе.

Он улыбнулся шире.

— Я крупнее. – Улыбка медленно угасла. – Брат устроился вышибалой. Зарплаты хватало на небольшое жилье и еду. Я перевелся в другую школу и начал подрабатывать официантом на полставки в местной кейтеринговой компании. Все шло хорошо, или настолько хорошо, насколько это было возможно.

Салем терпеливо ждала, давая Казу время подобрать слова, и продолжала гладить, пока он бессознательно играл с ее прядями.

— Твой отец заметил моего брата в клубе одного из своих друзей. Они встретились несколько раз. Лаз понравился твоему отцу, и он предложил сделку.

Салем нахмурилась.

— Какую?

Каз усмехнулся, но веселье не достигло его глаз.

— Его дочь поступала в Мортимер. Он не хотел отправлять ее без охраны, потому что боялся, что с ней что-нибудь случится.

Оливия. Разумеется, отец беспокоился за нее.

Каз продолжил:

— И он предложил моему брату сделку: если подружится с Оливией, станет ее защитником и тайным телохранителем, то получит полную стипендию по любой специальности на свой выбор.

Салем открыла рот, затем закрыла, не находя слов. Поступок в духе отца. В ее представлении именно на такую сделку он и мог подписать почти ровесника ее сестры.

— Твой брат согласился?

Каз кивнул.

— Не только ради себя. Я интересовался живописью. – Он снова улыбнулся. – Лаз верил, что однажды я прославлюсь. Для себя он выбрал журналистику, он был в ней хорош. Брат попросил твоего отца обеспечить мне место в Школе искусств. Так, чтобы на бумаге я принадлежал семье наследников. Он не хотел, чтобы сверстники взирали на меня свысока.

Салем смотрела на него с легким благоговением, пытаясь осознать такую степень любви. Каково это – быть настолько любимым, обожаемым и чувствовать столько поддержки? Ей хотелось бы встретиться с его братом, хотя бы раз. Он мог бы дать ей представление об этой любви, показать на примере своей привязанности к Казу, каково это – ощущать любовь старшего брата или сестры.