Книга Второй, страница 49 – Сергей Медведев

— Что ты! Что ты! Просто сказал: наша победа не должна выглядеть подозрительно.

— Но ведь я тоже могу стать победительницей, если ты принесешь в жертву себя?

— В принципе, да!

— И моя победа будет выглядеть естественнее твоей, ведь я на самом деле была спортсменкой!

Виктор Сергеевич растерялся, но тут же спохватился:

— Я уже объявил себя чемпионом города тысяча девятьсот восемьдесят шестого года. Будет странно, если я проиграю велосипедистке.

На соревнования Полковник пришел в шинели, сапогах и старой милицейской фуражке. Пришел под руку с Ликой. Она была в тех самых черных золушкиных туфельках на каблуках. Лика старалась идти по островкам асфальта на парковых дорожках. Островки не всегда граничили друг с другом, и Людмиле приходилось перепрыгивать с одного на другой. Поначалу Полковник протягивал ей руку, потом ему это надоело, и Лика несколько раз утопила каблуки в осенней грязи.

— Ну ты вырядилась, Лика!

— А когда, если не сейчас. Ты же сам говорил – олимпиада!

Петровы пришли в спортивных штанах, одинаковых свитерах и вязаных шапочках. Отец Максима надел под пальто шорты и майку.

— Отец пришел поболеть, – сказал Максим, – оружие ему не давайте, а то он нас перестреляет. Отец будет болеть. Да, папа?

— Я болею, – согласился с сыном Роман Максимович, – я сегодня не стреляю.

Маргарита явилась в ватнике и соломенной шляпе:

— А у меня ничего другого нет. Я бы с удовольствием надела какую-нибудь желтую куртку.

Наташка не пришла. Когда Лида явилась к ней с новостью, Наталья процедила:

— Идиоты. Это кто придумал?

— Полковник и Виктор Сергеевич, – смутилась Лидка. – Иначе пришлось бы бегать.

— Скажи, что не застала меня дома, боюсь брать в руки оружие, застрелю Лику.

Леонидова пришла траурно одетой, но в хорошем настроении. В черном пальто, старинных резиновых ботиках и черных очках.

— С утра помянула сына, – сказала она, чуть ухмыляясь, – на душе стало легче.

Максим был в бандане. Черные скелеты на желтом фоне.

— В общем, заходим в окоп и по моей команде «Огонь!» стреляем по своим гирляндам, – объявил Полковник. – У каждого по десять выстрелов. Потом подводим итоги.

Полковник истошно закричал «Огонь!», и лампочки посыпались с деревьев. Пошел стеклянный дождь. Десятки пуль улетели в небо. Сам Полковник разбил только восемь лампочек, Максим – пять, Маргарита, несмотря на плохую физическую форму, тоже разбила восемь.

— Да ты, Маргарита, отлично стреляешь, – смутился Полковник. – У молодежи глаз зорче, что бы ни говорили. Занималась стрельбой?

— Были практические занятия, но о них я стараюсь забыть, а еще я в школе стрельбу изучала, факультативно.

Виктор Сергеевич сбил девять лампочек. По своим лампочкам Лидка, как и договаривались, не стреляла. Ее вклад в победу Виктора Сергеевича составил пять лампочек.

Иван Иванович долго смотрел на петровскую гирлянду.

— Какой-то есть подвох, но не пойму в чем. Но все равно поздравляю. Канистра твоя. А сейчас предлагаю спуститься к морю и выпить, устроим пикник. Через полчаса встречаемся на берегу. Все за? По глазам вижу, что за.

Ночью над Маргаритовкой очень низко пролетел военный самолет. Жители поселка, слышавшие звук, предположили, что он рухнет где-то в селе, но самолет упал в море, недалеко от берега, как выяснилось утром.