Книга Второй, страница 56 – Сергей Медведев

Поселок инвалидов располагался на искусственном острове в северо-восточной части города. Днем его обитатели выходили на улицу – подышать воздухом. Они садились на лавочке у подъезда и разглядывали друг друга. Вечером поселок пустел – инвалиды любили ТВ, а уличного освещения здесь не было.

Василий Степанович и Ника Петровна Вересаевы смотрели передачу про Маргаритовку со смешанным чувством – восторга и ненависти:

— У них сотовых телефонов нет, что за жизнь! – Василий Степанович сидел у телевизора, на крае табурета, вытянув голову вперед, как журавль. Говорил он неразборчиво, со множеством свистящих звуков, если кто-то хотел понять, о чем говорит Василий, то просил повторить.

— Много тебе пользы от сотовых телефонов, если они только на расстоянии пяти метров работают, и то если громко кричать, – парировала лежавшая на диване Ника Петровна. – У них есть консервированные помидоры, вкусные, но ими можно отравиться, по телевизору о вреде помидоров была передача. Как бы я хотела иметь такие помидоры. – Каждая новость вызывала у Ники Петровны гнев и боль, почти все новости она воспринимала как знак от неизвестных сил: «Жизнь идет своим чередом, не принимая во внимание твое существование». Женщине казалось, что вселенная стреляет в нее из рогатки, хочет сделать ей больно. При каждой новости она вздрагивала, как от удара: «Боже мой! Что творится!»

Иногда ее отчаяние было столь глубоким, что у Ники самопроизвольно текли слезы.

— И золотишко припасли, твари. Теперь спокойно едят эти помидоры и других угощают, и мы так могли бы, – заурчал Василий Степанович, пытаясь понять настроение жены.

— А мы ничего не сберегли, а то, что было, потеряли. – Ника Петровна заплакала, осознав несовершенство мира, упала на пол.

— Ты о почках?

— Дурак, я о консервированных помидорах! Помнишь, у нас на заводе хотели освоить их производство. Не смогли!

— Смотри, эта тетка выглядит неплохо, ягодицы, правда, мужские. В сельском стиле.

— Что ты там бубнишь, Вася, повтори, не разберу. – Ника Петровна вернулась на диван.

— Ты, вы, не, хо, я, да, муж, – специально неразборчиво повторил Василий Степанович.

— Смотри мне, Василий, друг мой, – предупредила Вероника и внимательно посмотрела на мужа. Под взглядом жены он стал меньше. – Не говори потом, что я без причины руку тебе сломала.

Нике и Василию было немного за пятьдесят. Когда-то они работали на консервном заводе и привыкли обильно питаться вредными продуктами.

На консервном заводе Ника и Василий часто видели свиные почки. Они вызывали у них отвращение. Поэтому от своих они избавились без особых сожалений. Будущие супруги и познакомились в больнице, когда сдавали лишние органы – он правую почку, она – левую. Хотя всю жизнь они проработали вместе, но знакомы не были, не обращали друг на друга внимания: Василий Степанович казался Нике слишком худым, а Ника, на вкус Василия Степановича, была слишком толстой. Больница заставила их посмотреть друг на друга иначе.

— Мы идеально подходим друг другу, – часто говорила Вероника. – Мы как две половинки одного целого, какого-то сверхорганизма. Правда, Вася?

Вася не спорил даже по более серьезным вопросам: Вероника была сильнее. Сдав почки, Ника и Василий сочетались браком, жена взяла фамилию мужа.