Книга Кровавые деньги, страница 158 – Фергюс Хьюм

Повисшую тишину нарушил Карвер.

— Диковинная история, сэр, на вашем месте я бы от этого амулета джу-джу избавился. Если он у вас, исключить неприятности нельзя.

Мистер Уэлдон засмеялся и опустил роковой камень в карман.

— Пять лет никаких неприятностей не было, так что я не боюсь. Этот камень ничего мне не сделает.

Элисон побледнела. Ей показалось, что отец бахвалится напрасно.

После первого визита Меркер еще несколько раз приезжал в Бан-хаус, якобы обсудить нигерийские дела с мистером Уэлдоном, но на самом деле – чтобы улучить встречу с Элисон. Красота девушки манила его непреодолимо, управлять своими страстями он не умел и явно вознамерился сделать ее своей женой. Помолвка Джима Карвера с мисс Уэлдон с одобрения ее отца Меркера нимало не беспокоила. Он видел в Элисон женщину, которую жаждал заполучить, и был готов отринуть все помехи на пути к достижению этой цели. Но у него хватало ума скрывать свою пылкую любовь от донны Кристины – в данный момент он не мог позволить себе ссориться с ней, она была ему более чем полезна, и следовало оставаться с ней в хороших отношениях. Испанке же, ослепленной страстью, и в голову не могло прийти, что Меркер способен при первой же возможности совершить по отношению к ней вероломство, если от этого не пострадает он сам и его планы. Эти планы включали признание его заслуг правительством и получение должности комиссара Акпама.

— Понимаете, дорогая, – сказала донна Кристина во время разговора по душам с Элисон, – я очень хочу помочь Полу!

— Вы называете его Полом, – заметила мисс Уэлдон, догадываясь об истинной причине.

— Конечно. Мы помолвлены и поженимся, как только он уладит дела с Британским правительством, – с готовностью пояснила донна Кристина. – Я ничего не сказала во время его первого визита сюда – он хочет сохранить нашу помолвку в тайне, пока не получит должность. Но мистер Карвер, похоже, ревнует, поэтому я и говорю об этом вам – поводов для ревности нет.

— Помолвлен мистер Меркер или нет – это не имеет значения, – резко ответила Элисон. – Я стану женой мистера Карвера, и мое будущее решено. Однако не понимаю, зачем мистеру Меркеру держать вашу помолвку в тайне – кого она интересует, кроме его самого?

— У него есть старая тетя, леди Уорби, она очень богата, и он надеется унаследовать ее деньги. Узнай она, что он женится на мне, наверняка не сделает его своим наследником – ведь она хочет, чтобы он взял в жены ее родственницу. Леди Уорби – патриотка, – закончила донна Кристина, скривив губы, – и не одобряет иностранцев. А лично мне кажется, что дочь Испании – хорошая пара для любого англичанина.

Вспомнив слова Джима, Элисон задала вопрос:

— Ваш отец был англичанин, верно? Вы говорили об этом мистеру Карверу.

— Да, – кивнула леди, – это еще одна причина, по которой я так легко говорю на вашем языке, хотя и в монастыре, где я воспитывалась, несколько сестер были англичанками. Моя мать была родом из Испании, а отец – из Шотландии.

— Тогда почему же ваша фамилия Пинзон? Она испанская.

— Верно, дорогая. Объяснять это довольно долго. Скажу лишь, что отец поссорился с семьей и сбежал в Африку, в Нигерию, где и сколотил состояние. В Лагосе он познакомился с моей матерью и взял ее фамилию, чтобы полностью отрезать себя от семьи, которая так скверно с ним обошлась. В три года меня отправили на родину, в монастырь в Севилье, и мать я больше не видела. Она умерла много лет назад, и мой отец вернулся жить в наш семейный дом в Севилье. Мистер Меркер по пути в Англию часто задерживался в Гибралтаре и останавливался у нас. Так я и познакомилась с ним, у него были с моим отцом дела. Перед смертью отец оставил мне на хранение некоторые бумаги, связанные с Северной Нигерией, и попросил передать их Полу. Поэтому я приехала в Англию и ждала его здесь, в этом пансионе. С месяц тому я передала ему бумаги, и он попросил меня стать его женой. Теперь вы знаете все, включая причину, по которой мы хотим сохранить нашу помолвку в тайне.