Книга Искатель, 2011 № 10, страница 69 – Анатолий Галкин, Сергей Саканский, Сергей Криворотов, и др.

— Опять вертолет?

— Нет, не годится. Тогда речь шла о возможном спасении людей, а теперь — вообще непонятно о чем. Сядем на катер и совершим легкую морскую прогулку.

Спасателей пришлось тормошить: они уже считали, что с буксировкой яхты их рабочий день закончен. Бесхозная надувная лодка — довольно-таки дорогая модель из пятислойного пластика, оснащенная маленьким, но мощным мотором, — нашлась в одной из крайних точек, вычисленных теоретически, а именно: за мысом Мартьян в Никите.

— Для проформы, конечно, нужно сравнить образцы масла с лодки и яхты, но на девяносто девять процентов — это и есть та самая лодка, — сказал Пилипенко.

Жаров кивнул.

— Вот и закончилась мистика, — ехидно добавил следователь. — Никакой тайны «Марии Целесты» нет. Ясно, что мы имеем дело с каким-то преступлением. Правда, все члены системы уравнений неизвестны. Даже жертва.

— Почему же все? А сыщик? Любая детективная система состоит из пяти элементов: преступник, преступление, жертва, мотив и сыщик. Ты, по крайней мере, уже в наличии.

— Нет преступления, нет и сыщика.

— Может, и в самом деле нет преступления. Человек просто надул лодку и свалил со своей яхты. Возьмет и объявится через час-другой.

— Возможно, — сказал Пилипенко. — Но вопросы о том, почему он это сделал, не выключив кофейник, почему бросил такое дорогое имущество, а главное, что означает его запись в журнале — так и остаются открытыми.

Хозяин яхты не объявился и к вечеру. На конец рабочего дня информации по этому случаю несколько добавилось. Клюев прозвонил Одессу и выяснил следующее.

Шурупов Сергей Александрович, сорока двух лет, женатый, детей не имеющий, и вправду оказался бизнесменом — владельцем ряда продуктовых магазинов в городе и области. Яхту «Леокадия», порт приписки Одесса, он приобрел недавно. Это было ее первое плавание на столь дальнее расстояние: до сих пор судно использовалось для коротких морских прогулок и пикников. За бизнесменом тянулся довольно длинный хвост сомнительных связей и сделок, но в этом не было ничего из ряда вон выходящего — все эти люди таковы.

Одесские ребята встретились с женой Шурупова, взяли у нее фотографию и переслали в Ялту. Шурупов был коротко стриженным блондином с невыразительным лицом и блеклыми глазами. Беседа одесситов с этой женщиной не дала никакой существенной информации: жизнь ее мужа состояла в основном из работы с раннего утра до позднего вечера, а в последнее время, в связи с покупкой яхты, он увлекся новой темой — раз в неделю выходил в море на ночь и управлял яхтой в одиночку. Наконец взял себе несколько дней отдыха и отправился в более серьезное плавание.

— Информации много, но ничего значимого для нас, — подытожил Пилипенко. — Вот что, — он двинул распечатку фото прямо под руку Клюеву, — отдай это в типографию. Надо, чтобы завтра же на каждом столбе красовалась арийская морда Шурупова.

— Достанут, — вяло возразил Клюев, даже пальцем не шевельнув.

Жаров, все это время молча сидевший на подоконнике, понял, что он имеет в виду: все отделения милиции города будут трещать от ложной информации.

— Я даю распоряжение, а ты исполняешь, — сказал Пилипенко официальным тоном. — Возьми фото.

— Не возьму, — с улыбкой возразил Клюев и, не дожидаясь, пока глаза начальника вылезут из орбит, добавил: — Фото есть в моем компе, в электронном виде. Оттуда и пойдет в типографию.