Книга Королевские клятвы, страница 48 – Люси Дарлинг

Я тщательно одеваюсь, выбирая простое тёмно-синее платье из тех вариантов, которые он мне предоставил, а когда выхожу, он уже ждёт меня, невероятно красивый в тёмных джинсах и белой рубашке. Его волосы всё ещё мокрые: он успел принять душ после меня.

Было довольно приятно просто собираться вдвоём. Это казалось таким обычным, домашним. Но всё это ненастоящее. Мы в отеле, и я уверена, что дома его жизнь выглядит совсем иначе. Это лишь напоминает, что наше время вместе закончится. От этой мысли мой желудок скручивает сильнее, чем от предстоящего завтрака с его родителями.

Вообще-то его отец оказался не таким уж плохим. Он изо всех сил старался вовлечь меня в разговор. Уверена, мы бы прекрасно поладили, если бы Корделия не перетягивала всё внимание на себя.

— Ты прекрасно выглядишь, — говорит Уэллс, целуя меня в губы. — Нам необязательно идти. Тебе достаточно сказать одно слово.

— Всё нормально, — если я хочу, чтобы то, что между нами есть, стало настоящим, если хочу дать нам шанс, я не могу прятаться от его семьи.

— Уверен, что «всё нормально» означает совсем не то, что всё нормально.

Я фыркаю со смехом.

— У меня всё хорошо. Так лучше?

Он берёт меня за руку, целует тыльную сторону, а затем переплетает наши пальцы, и мы спускаемся вниз.

Ресторан почти пуст, и почему-то от этого становится только хуже. Для его родителей забронирована отдельная терраса. Либо для них это обычное дело, либо они собираются поговорить с нами о чём-то, что не должны услышать посторонние. Полагаю, верен второй вариант.

— А вот и они, — с тёплой улыбкой говорит его отец. С самого начала он был очень приветлив со мной. Благодаря этому я немного расслабляюсь. — Наши голубки.

Рука Уэллса крепче сжимает мою. Я улыбаюсь в ответ. Элеанор остаётся с каменным лицом.

— Доброе утро, — говорю им обоим, пока Уэллс отодвигает для меня стул.

Мы садимся напротив, и я чувствую, как его мать рассматривает меня, подмечая каждую деталь. Мои волосы ещё слегка влажные. Засос на шее, который я пыталась скрыть косметикой, мешает мне встречаться с ними взглядом. Я чувствую себя подростком, чьи родители парня прекрасно знают, чем мы занимались. По крайней мере, именно такое впечатление у меня складывается.

— Кофе? — спрашивает его отец, уже наливая, пока я не успеваю ответить.

— Нет, спасибо, — бормочу я. — Апельсинового сока будет достаточно.

— Итак, — начинает его мать, и я внутренне готовлюсь. — Полагаю, вы оба уже видели, что пишут в прессе, — Элеанор сразу переходит к делу. Я едва успела опуститься на стул, а она уже начала.

Она пододвигает через стол журнал. Я замечаю заголовок: «Таинственная женщина наследника престола: кто она?» — и несколько фотографий. Главной стала фотография нашего поцелуя на танцполе. Её увеличили, поэтому снимок получился зернистым. Моё лицо выглядит ошеломлённым и уязвимым. На следующем фото мы покидаем приём: Уэллс крепко держит меня за руку, а по моему лицу ничего нельзя прочесть.

Я бледнею.

— О боже, — у меня всё обрывается внутри.

— Всё нормально, — слишком громко говорит Уэллс. — Это всего лишь таблоидный мусор, — он гладит меня по спине, пытаясь успокоить.

— Ничего не нормально, — тихо произносит его мать. — Её имя повсюду. Её прошлое. Её семья, — она делает паузу. — Долги её отца.