Книга Меня повело, страница 61 – Царина Вереск

Алина вытягивается на солнце, как будто нарочно. Потом делает шаг — и ныряет. Чисто. Красиво. Вода всплеском расходится по кругу.

Она выныривает и начинает плыть. Медленно. В их сторону.

У меня внутри что-то рвётся.

Я вижу, как те уже поднимаются. Один снимает футболку. Второй смеётся. Они собираются нырять.

— Да ну нахрен, — выдыхаю я.

И уже бегу. Не думаю. Просто бегу по пирсу и ныряю следом. Вода холоднее, чем я ожидал, но мне плевать.

Я догоняю её быстро. Она плывёт спокойно, будто вообще ничего не происходит. Хватаю её за запястье.

— Ты что делаешь? — рычу.

Она вздрагивает.

— Макс? Ты чего—

Я не даю договорить. Подхватываю её под талию и разворачиваю к берегу.

— Отпусти! — шипит она. — Ты с ума сошёл?

Я плыву к пирсу, удерживая её. Она брыкается, но не всерьёз. Выбираемся на доски. Я тяну её за собой к дому.

— Макс, ты псих?!

— Идём.

Я не останавливаюсь, пока не завожу её внутрь. В прохладу. В пустую гостиную. Только там отпускаю.

Алина стоит передо мной мокрая, с растрёпанными волосами, глаза горят.

— Это что сейчас было?! — возмущается она

Я смотрю на неё и понимаю, что меня трясёт.

— Это я тебя хочу спросить. Ты что устроила? — показываю рукой в направлении пляжа.

— Ничего! — сверлит меня взглядом снизу.

— Ничего? — усмехаюсь я коротко. — Это что было за шоу?

Она застывает.

— Какое ещё шоу?

— Ты прекрасно видела, как они на тебя смотрят.

— И что?

— И ты поплыла к ним. — не годую я. Она что прикалывается или специально выводит меня?

— Я поплыла в воду, Макс! — продолжает она давить.

— В их сторону. — возмущаюсь я.

Алина делает шаг ко мне.

— А если и так? Тебя это вообще почему волнует?

И вот тут я замолкаю. Меня волнует, потому что, когда они смотрят на неё, у меня внутри всё сжимается. Потому что я не хочу, чтобы она улыбалась им. Потому что я не хочу делить её.

— Не делай так больше, — говорю я глухо.

— Почему? — Алина склоняет голову набок и жалобно смотрит на меня, прям глубь смотрит. Там столько надежды и желания услышать ответ.

Я смотрю ей в глаза.

— Потому что мне это не нравится. — обрубаю я.

Она изучает меня долго. Медленно.

— Тебе не нравится… что? Что именно? — она делает шаг ближе. — То, что я плаваю?

— Не переворачивай. — отвечаю раздражённо.

— Тогда объясни нормально! — она всплёскивает руками.

Я провожу рукой по мокрым волосам, злость кипит глупая, необъяснимая.

— Ты видела, как они на тебя смотрят. — выпаливаю я.

— И что? — её голос срывается. — Я должна перестать существовать, если кому-то понравилась?

— Я этого не говорил.

— А что ты сказал? «Не делай так больше». Как так, Макс? Жить?

Я сжимаю челюсть.

— Не играй.

— Я не играю!

Она дышит часто, глаза блестят — не от воды уже.

— Ты вообще кто мне, чтобы запрещать? — тихо, но больно.

Этот вопрос бьёт сильнее всего. Я открываю рот — и ничего не выходит. Потому что ответа нет.

Она смотрит ещё секунду. Ждёт. Я молчу.

— Вот именно, — шепчет она.

Разворачивается и убегает к лестнице. Шаги гулко стучат по ступеням. Хлопает дверь наверху.

Я остаюсь внизу, в пустой гостиной, и чувствую себя идиотом.

Алина.

Я никогда не думала, что он может быть таким.

Таким… резким. Почти пугающим.

Макс всегда казался мне спокойным. Сдержанным. Тем, кто сначала подумает, а потом сделает. А там, на пляже, я увидела другого человека. В его глазах было столько злости, что у меня внутри что-то неприятно сжалось.