Книга Меня повело, страница 76 – Царина Вереск

Я поднимаю голову и смотрю на свое отражение. Глаза все еще влажные, но внутри уже другое чувство. Я не «просто». Я либо по-настоящему. Либо никак.

Внутри появляется не боль. А твёрдость. Если Макс когда-нибудь захочет меня — ему придется выбирать. Не между поцелуями и играми. А между мной и всем остальным.

Алина

Музыка для вальса начинается мягко. Почти слишком невинно.

Я стою в ряду, ладони чуть влажные, платье струится по ногам. В зале жарко — июнь, окна открыты, занавески едва шевелятся. Пахнет духами, пудрой и цветами — слишком сладко, почти тяжело. Родители сидят в первых рядах, кто-то уже вытирает глаза.

Актовый зал украшен слишком старательно. Шары под потолком, ленты, золотые цифры «11». На сцене — микрофоны, стойка с цветами, блестящая ткань, которая переливается от каждого движения света.

Выпускной.

Слово большое. Почти пафосное. Смешно. Столько лет к нему шли — и вот он.

Торжественная часть тянулась долго. Директор говорил минут десять. Про «новый этап», «дороги открыты», «гордость школы». Голос эхом расходился по залу. Кто-то слушал. Кто-то снимал на телефон. Мамы в первом ряду вытирали глаза заранее.

Я смотрю на сцену и вдруг чувствую странную пустоту. Не грусть. Не радость. Как будто стою на пороге, а за дверью — слишком яркий свет.

Классная руководительница зачитывает фамилии медалистов. Аплодисменты звучат волнами — короткими, неровными. Когда называют моё имя, я встаю.

Шаг к сцене. Каблук чётко касается паркета. Спина ровная. Улыбка отработанная — спокойная, уверенная. Мне вручают аттестат. Папка плотная, тёмно-синяя. Фотоаппараты щёлкают. Директор жмёт руку.

— Удачи тебе, Алина.

Я киваю.

— Спасибо.

Голос звучит чуть глуше, чем обычно.

Возвращаюсь на место и чувствую, как сердце бьётся быстрее. Не из-за сцены. Не из-за людей. Из-за осознания. Это правда конец. Больше не будет утренних сборов, контрольных, звонков на перемену. Больше не будет ощущения, что всё решено за тебя — расписание, уроки, правила.

Теперь решать мне. И от этой мысли одновременно страшно и… свободно.

В зале начинается видео — нарезка наших фотографий с первого класса. Мы маленькие. С бантами, в огромных пиджаках. С глупыми улыбками.

Я смотрю на экран и почти не узнаю себя. Та девочка смотрела на мир снизу вверх. Ждала. Верила, что кто-то обязательно выберет её первой. Сейчас внутри — совсем другое чувство. Не ожидание. Напряжение.

Прошло несколько дней после этого ужасного разговора с Максом. Я в основном сидела дома или гуляла с Викой. Я все свободное время посвятила тренировкам. Макса не видела. Мы и так раньше виделись только вечером. У нас была учеба, еще Макс работал. Я выходила на улицу один раз только. Мы не общались. Делали вид, что не знаем друг друга и что ничего не произошло. Так, перебрасывались общими фразами и то в общем диалоге с друзьями. Вика конечно пытала меня что произошло. Но я отшутилась, что все нормально.

Одноклассники смеются, когда на экране появляется чья-то неудачная фотография. Кто-то шепчет, кто-то толкает соседа локтем.

Я улыбаюсь вместе со всеми. Но внутри тихо. Слишком тихо для такого вечера.

Ведущие объявляют благодарственные слова родителям. Мама сжимает мою ладонь. Я чувствую, как она волнуется больше, чем я.

Наконец все это заканчивается и мы все дружно устраиваем фотосесию. Надо с учителями успеть, с одноклассниками пока все еще «нормальные», родителей не забыть, любимых близких подруг.