Книга Измена. Право на счастье!, страница 28 – Рита Вяземская

— Правила просты, — тихо шепчет он, наклоняясь к моему уху. Его губы почти касаются моей мочки. — На рауте держись рядом со мной. Ни на шаг не отходи. На вопросы прессы не отвечай — я всё сделаю сам. Если Вадим попытается подойти — не смотри на него. И самое главное… — его ладони чуть сильнее сжимают мои плечи. — Помни, кто ты. Ты сильная. Ты мать мо… — он запинается на секунду, исправляясь: — Ты мать Тёмы и Сени. И ты под моей защитой.

Я сглатываю сухой ком в горле, глядя на его потемневшие серо-стальные глаза в зеркале.

— Я поняла, Роман, — шепчу я в ответ. — Я буду держаться.

Он медленно убирает руки, и я невольно вздыхаю от потери этого тепла. Роман делает полшага назад, возвращая лицу привычную маску холодного самообладания.

— Тогда идем. Машина уже внизу.

Я беру со столика маленький клатч, делаю глубокий вдох и иду за ним. Наша первая публичная битва начинается сейчас, и рядом с этим мужчиной я готова встретить её лицом к лицу.

Машина останавливается у главного входа в отреставрированный исторический особняк. Вспышки фотоаппаратов бьют сквозь тонированное стекло, на мгновение ослепляя. Журналисты и фотографы плотной стеной стоят вдоль красной ковровой дорожки.

Дмитрий быстро выходит, открывает дверь.

Роман выходит первым и подает мне руку. Я кладу свои пальцы в его широкую, теплую ладонь, и этот жест мгновенно возвращает мне равновесие. Выхожу из машины. Шум улицы, выкрики репортеров и непрекращающийся треск затворов камер обрушиваются на нас теплой волной.

— Роман Александрович! Сюда, пожалуйста!

— Кто ваша спутница?

— Господин Исаев, один кадр!

Я не смотрю по сторонам. Мой взгляд устремлен вперед, на широкие мраморные ступени, ведущие в особняк. Спина прямая, шаг уверенный, тяжелый шелк сапфирового платья шуршит при каждом движении, приятно холодя ноги. Роман идет рядом, его рука уверенно лежит на моей талии.

Двери распахиваются. Мы заходим в огромный зал.

Здесь светло. Под высокими потолками сверкают хрустальные люстры, воздух наполнен ароматами белых лилий идорогого алкоголя. Вдоль стен стоят круглые столы, покрытые белоснежными скатертями, официанты в строгих фраках бесшумно скользят между гостями с серебряными подносами.

Музыка струится мягким, ненавязчивым потоком. Но как только мы переступаем порог, гул голосов в зале на секунду затихает.

Я чувствую, как десятки взглядов устремляются на нас. Мужские — оценивающие, заинтересованные. Женские — колючие, полные любопытства и скрытого недовольства. Шепот пробегает по залу, как сухой ветер по траве. Они узнают меня. Жена Вадима Воронова, которая должна была прятаться в слезах после позорного развода, стоит здесь. Рядом с Романом Исаевым. Красивая, гордая, сияющая.

Роман не обращает внимания на шепот. Он ведет меня через зал уверенно, кивая знакомым. К нам сразу подходят несколько солидных мужчин в смокингах.

— Роман! Рад видеть, — говорит один из них, пожилой мужчина с аккуратной седой бородой. — Как всегда, эффектное появление. И… — он переводит взгляд на меня, и в его глазах вспыхивает искренний интерес.

— Знакомьтесь, коллеги, — произносит Роман. Его низкий голос звучит ровно, веско, заполняя пространство вокруг нас. — Это Алина Воронова. Моя спутница.

Я вежливо улыбаюсь, протягивая руку для рукопожатия.