Книга Школа. Никому не говори. Том 1, страница 64 – Руфия Липа

— Держи, золотце! Маме дом освятить: она просила меня.

Подросток оглядела свои маленькие карманы.

— Простите, бабушка, не могу сейчас взять. Некуда положить.

— А я пакетик дам!

— Нет, не надо. Просто по делам иду, боюсь потерять.

Люба, извиняясь, посмотрела на женщину. Если она притащится к друзьям Сэро с пакетом свечей, неизвестно, как они это воспримут. А если умудрится потерять передачу, то придётся оправдываться перед матерью. И библиотекой прикрыться не удастся – мама погонит её туда, да и (не дай Бог!) сама пойдет ругаться. Тогда и выяснится, что тихоня наврала.

Деревья, беспокойные из-за разыгравшегося южного ветерка, шуршали ветками по деревянной обшивке дома, били по стеклам.

— Хорошо, девочка моя, скоро в гости зайду и тогда занесу… А это кто под деревом стоит, за забором? – Насторожившись, Таисия Фёдоровна отодвинула занавеску. – Что этому лоботрясу надо, интересно?

Поспелова, высунувшись в окно, увидела задумчивого Сэро, опёршегося о ствол тополя, что рос у забора.

— Это мой знакомый, – решила открыться школьница.

— А-а-а-а, вот оно как! Гулять с ним, значит, идёшь! Я уж думала, не воры ли? – пожилая женщина бесцеремонно разглядывала ничего не подозревавшего парнишку. – Красивый-то! Как бес! Чистый бес! Чернявый, смуглый. Стройный, как кипарис. Турок? Может, таджик? Или цыган? Лицо уж больно умное да смышлёное! Воспитание и корни налицо! Армянин? Нет, грек!

Люба, красная, как рак, глазела на открыто восхищавшуюся Таисию Федоровну и оторопело молчала.

— Сашенька знает, что ты с мальчиком гуляешь? – старушка подняла проницательный взгляд на школьницу.

— Нет, не знает! Он знакомый из другого класса. Просто… Всего лишь… Не рассказывайте, пожалуйста, маме!

Таисия Фёдоровна понимающе глянула на Любу.

— И не думала ничего говорить, девочка моя! Придёт время, сама поделишься.

— Нечего рассказывать! Мы иногда общаемся!

— Общайтесь, милая. Молодые! Только осторожна будь с парнями-то.

Бабушка опять выглянула в окно, чтобы рассмотреть Сэро напоследок.

— Надо же, какой соблазнительный чертяка! Не погулять, будучи молодицей, с таким равно как согрешить! Не бойся, маме не скажу. Жизнь-то, Любонька, одна! Живи, пока живётся. Когда ещё жить-то?.. Вот же смазливый! И где ты его откопала?!

— Да нигде не откапывала, бабушка! Это друг. Приятель. Ничего лишнего!

Люба благодарно улыбнулась старушке, всегда с полуслова понимавшей её. Она наклонилась, чтобы поцеловать низенькую женщину в обветренную смуглую щёку.

— Ой, ну ладно, беги скорее! А то, смотри, красавчик заждался!

* * *

Дом Павлика оказался раза в три меньше, чем жилище Таисии Фёдоровны. Любе казалось, что многолетние деревья, окружившие хибарку, вот-вот поглотят её – такой крохотной она выглядела.

Паша Овчинников, Коробкин Денис, его девушка Лена (после разборок за стенами клуба парочка вскоре помирилась, как и предполагал Сэро) и ещё двое мальчиков расположились на просторной лужайке возле ворот. Лена, в коротких джинсовых шортах, надетых поверх капрона, в тонкой куртке по пояс, в ботинках на высоких каблуках, лениво щёлкала семечки. Парни увлечённо ковырялись в мощном мотоцикле, передавали друг другу инструменты и спорили.

Когда гости подошли, Паша невероятно обрадовался.

— Наконец-то привёл! Уже и просить задолбался! – высказал кудрявый блондин Ибрагимову, а затем повернулся к ровеснице: – Ну привет!