Онлайн книга «Школа. Никому не говори. Том 5»
|
— Да! Конечно! – горячо воскликнула школьница. – У самих рыльце в пуху! — Вот поэтому такие шныри, как Лидка и Чумак, и брешут по сусекам! Потому что в своё нутро, в свои дела тёмные прошлые да на родных детей и их изгаженную судьбу глядеть страшно. Настолько страшно, что они бегут собирать всякую дрянь про чужих да разносить дерьмо по округе, лишь бы ни на минуту не заглянуть в те чудеса, что они за жизнь наворотили. Потому что там параша сплошная, понимаешь?! Потому что, если остановиться и задуматься, сдохнуть от ужаса можно, сечёшь?.. А так левых чуваков обосрал, обсосал – и кажется, что ты нормальный, хороший человек, порядочный горожанин, а не собака брехливая. Типа пока других гавном окатил, о себе плохо точно не подумаешь. — Ах-ха-ха-хах! Сложно как! — Наоборот, проще простого! – поспорил Коробкин. — Знаешь, – резко посерьёзнела Люба. – Мне показалось, что Чумак знает про меня и Ибрагимовых. — Ну и что? Пусть знает и держится подальше. — Нет, Денис! Боюсь я… Девочка замолкла, не находя подходящих слов для того, что хотела сказать. — Чего? — Что про меня пойдёт молва нехорошая. О том, что я с цыганами вожусь. Коробкин не ответил. Он отвернулся и некоторое время сохранял молчание. Потом закурил. Поспелова, чувствуя себя виноватой, разволновалась. — Люба, – наконец заговорил парень, произнося слова ровным сухим голосом. – Рано или поздно тебя всё равно дерьмом обмажут: кто – из ненависти, кто – из зависти, а кто – по глупости. По делу или без – неважно. Всем нравиться никогда ты не сможешь, да и каждому болтуну на роток не накинешь платок. И так умудрилась довольно долго прятаться! Думаешь, тебя с Имиром или Сэро за год никто из станичников ни разу не приметил? Или со мной на моцике? Поверь, учуяли и признали! Когда-нибудь твоей строгой матери кто-то неравнодушный всё-всё донесёт: и про цыган, и про сына уголовников… — Я понимаю это, Денис! – разозлившись, перебила она. – Не то имею в виду. Сама, знаешь ли, устала бояться и прятаться! Не хочу просто, чтобы гадости на пустом месте сочиняли… Ты офигенный! А Имир и Сэро – хорошие пацаны, и семья у них замечательная! — Тогда в чём проблема?.. В том только, что Ибрагимовы – цыгане?.. А-а-а-а, понял! Боишься у всех на слуху вместо умницы-разумницы оказаться непутёвой распутной малолеткой? Поспелова густо покраснела и стыдливо уставилась на него. Парень оглушительно расхохотался: — Люба, не всем до тебя есть дело! Раз предки до сих пор не в курсах про гульки с близнецами – значит, кому-то пофиг! А те, кому не пофиг, всё равно найдут повод для брехни! Успокойся и живи по кайфу! — Легко тебе говорить, Денис! – выпалила раздосадованная старшеклассница. – Ты же мальчик! — Да, легко, – спокойно отозвался юноша. – И да, я мальчик. Знаешь, в чём между нами разница, принцесса?.. Всего того, чего ты боишься пуще смерти, я хлебнул сполна с восьми лет, когда пахана и брата посадили за поножовщину. Как меня только не обзывали: и выродком, и щенком, и… — Помню, – успокоившись, вставила она. – Ты рассказывал про травлю в школе. — Ха, в школе! Родная, это взрослые чудили! Работающие люди, отцы-матери, бабушки-дедушки! Идёшь по тротуару, никого не трогаешь, кровь с губы после драки утираешь, а на тебя из-за забора женщины кидаются: «Подкидыш опять воровал и по роже проклятой получил! Так тебе и надо, зверёныш! Не смей по нашему тротуару ходить, недомерок!» |