Онлайн книга «Школа. Никому не говори. Том 4»
|
Трудовичка смиренно кивала, согласная со всеми увещеваниями. То тут то там всплывало, что Алина Мстиславовна неровно дышала ко многим симпатичным старшеклассникам. — Мымра прямо во время урока, говорят, поглаживала за плечи Максима из 11 «А»! Весь класс палил! – поправляя пышные волосы, шумела окружённая ровесниками Камилла. – А ещё приставала к пацанам из 9 «Е», трогала их, одного даже (зовут Геной) за брюки хватала, когда наклонялась работу проверить. Представляете?!.. Обосрали Ибрагимова ни за что ни про что! Чуть со школы невиновного не попёрли! Я всё время говорила, что Сэро не при чём, потому что такой парень, как он, никогда бы на престарелую кошёлку не соблазнился! «Дура! – психовала Люба, слушая чёс одноклассницы. – Это был как раз-таки он, гавнюка кусок! Ты, как всегда, схавала не ту информацию, Виноградова!» До Поспеловой доносило ветром, как Сэро сочувственно поддерживали все, кому не лень, возмущались несправедливыми обвинениями в его адрес, предлагали накалякать на руководство жалобу. — Камилла, а он, случаем, не хочет в полицию заявление отнести? – переживала Варя Илютина. – Я бы за такое унижение всех за решетку посадила! — Нет, Варюня! Сэро говорит, что простил, да уже и не особо парится. Сначала, когда дерьмо вылезло, сказал, что нелегко пришлось из-за косых взглядов и паршивых вопросов. Но он чётко знал, что не при чём и что рано или поздно правда бы всплыла. — Бли-и-и-н, какой Ибрагимов клёвый! – захлопала в ладоши Лыткина Катюха. – Круче, чем Рембо! Я бы на его месте в первый же день от стрёма повесилась! — Да, Сэро именно такой! – самодовольно ухмыльнулась Виноградова. – Поэтому я и рядом с ним. Правда, он сейчас дома, болеет – простыл, бедненький! Как говорится, выбирай лучшее! «Выбирай-выбирай, да-да! – нахмурилась Поспелова. – Посмотрю на тебя, когда, умываясь слезами, окажешься ты на месте Алины Мстиславовны! Вспомнишь тогда, Камилла, все гадости, что о ней говорила, но будет поздно!» Тем не менее перемена атмосферы вокруг скандала давала плоды, и Люба иногда начинала колебаться, правильно ли поступила, в сердцах обругав Ибрагимова три недели назад на чём свет стоял. Едва сомнения насчёт его проступка ставили под вопрос смысл ссоры, навязывая чувство вины и страх ошибки, школьница вспоминала Набережную, циничную ухмылку Сэро и его тон, с которым ровесник произнёс фразу: «Опозорил, потому что хотел». Раздумья тут же прекращались, а старшеклассница продолжала ненавидеть Ибрагимова до тех пор, пока снова невольно не подслушивала в школьных клоаках, как бедняжка-Сэро несправедливо за Родину-мать пострадал. Поспелова снова дёргалась, переживала, злилась, негодовала, путалась, но, опираясь на свою гордость, считала, что перемирие и возобновление дружбы с красавчиком из 10 «Д» – ещё то унижение. «Ни за что!» – хмурилась она и насильно отправляла всё, что когда-то связывало их в прошлом, на самую дальнюю полку в хранилищах своей памяти. * * * Три недели назад, поздним вечером мартовского воскресенья, усталый Имир спустился со второго этажа и залез было в свою любимую уютную кровать, чтобы насладиться перед сном чтением интересной книжки, как в коридоре раздалась громкая дребезжащая трель телефонного звонка. Недовольный, старшеклассник отбросил тёплое одеяло да скорее побежал к аппарату, пока запоздалый звонок не разбудил Сону и Розу. Сёстры приболели, высокую температуру удалось сбить с большим трудом, и едва девочки, измученные болезнью, заснули, как позвонил какой-то козёл. |