Книга Школа. Никому не говори. Том 3, страница 2 – Руфия Липа

— Да. Вместе постоянно на дискаче. Не из нашей школы.

— Знаю Коробкина Дениса, – припомнила Близнюк. – Он из четвёртой. Смазливый такой пацан, высокий, светлый! Лучший друг Сэро. Мудак этот Денис редкий! Девочки плачут. Даже не знаю, от кого больше слёз: от Ибрагимова или от Коробкина.

— Говоришь, оба брата были, Кать?

— Да, да, да! Сколько повторять?!.. Имир ей помог перейти канаву, даже обнял, а Сэро потрогал её лицо! Они прямо общались, понимаешь?! Ржали, дурачились, как очень близкие друзья! И остальные с Поспеловой вели себя так же! Светик, поверь, я сама охренела!!!.. Чего морщишься?

— Просто я в школе ни разу не видела, чтобы Ибрагимовы и мыша болтали… Они вообще не пересекаются. Как-то недавно шла по коридору позади Сэро, а навстречу – Поспелова. Ничего не было: ни здрасьте, ни кивка или взгляда. Как чужие… Странно!

— Вот и я о том же думаю, девочки, – согласилась Юлиана. – Страннее некуда!

— А Виноградова знает? – поинтересовалась Селиверстова. – Чего уставились?!

— Зачем ей знать? – нахмурилась Близнюк. – Тем более от нас! Её парень – пусть сама и разбирается!

— Юль, мне кажется, так нельзя! Это не по-человечески. Надо сказать.

Раздалась трель звонка.

— Не дёргайтесь! Училки ещё нет. Объясню, Катя, почему стоит помалкивать. Мы не знаем, что конкретно у Ибрагимовых и Поспеловой за отношения. Она встречается с Имиром? Или – с Сэро? Или это дружба? Может, они шли могилы раскапывать да покойников грабить и не хотят, чтобы кто узнал! В школе ни фига не видно, правильно говорю? Значит, что-то здесь не так.

— Тем более Камилле надо знать! – встряла опять Лыткина, не желавшая прятать сенсацию.

— Хорошо, Катя, давай! Иди расскажи! Последствия тебе разгребать!

— Какие последствия?! – испугалась она.

— Такие, моя хорошая! Виноградова изо всех щелей свистит, что у неё с Сэро любовь-морковь! Жмётся с ним, сосётся, трётся возле 10 «Д», а он её даже не посвятил, что общается с Поспеловой! Где Виноградова была в субботу, а?!.. Почему не с близнецами и их тусой? Почему в тусе была Поспелова? А, Катюш?.. Думать за тебя кто должен?!

Лыткина, не понимая, моргала.

В замечательной четвёрке подруг была своя иерархия. И рыжая Катерина занимала в ней самое низкое место, непроизвольно служа собирателем сплетен, личной шестёркой Юлианы и её же цепной охранной собачкой – такой являлась негласная цена за право находиться среди трёх красивых статных ярких девчат, постоянных завсегдатаев дискотек и баров.

Близнюк, конечно же, была главной, ядром компании. Эффектная Юля, перейдя в № 7 из-за травли в № 1, лоск и манеры, приобретённые за прошлые годы учёбы в элитном богатом классе, не утратила, чем и отличалась от остальных из 10 «А». Девочка держала себя спокойно, гордо, степенно, как-то даже по-королевски. Это и привлекало Игната Картавцева: парнишка нутром чуял в Юльке того, кто побывал на дне, и одновременно видел недосягаемую красавицу, получив которую сразу можно стать уважаемым пацаном.

Юлиана всё своё нищее детство протаскалась по квартирам постоянно менявшихся маминых сожителей да по съёмным, самым дешёвым, хаткам – за что сполна хлебнула презрения и гадких насмешек от богатеньких одноклассников, росших в благополучных полных семьях. Потом мать нашла силы помириться с бывшей свекровью, родной Юлиной бабушкой, проживавшей в просторном доме, и у девочки наконец появилась собственная комната. Бабка – хоть и пустила их к себе, помогала деньгами и едой – была ещё той стервой и сполна выедала мозг чайной ложечкой и невестке, и внучке самыми разнообразными попрёками.