Книга Вечная погибель, страница 54 – Тигест Гирма

«Он бросил меня».

Руки Кидан сжались в кулаки.

— После всего, что ты для него сделала.

Ее гнев был словно сталь – Слен пристально на нее посмотрела.

Джун была именно такой. Беспечной. Эгоистичной.

На этот раз голос Слен гудел от решимости.

— В глубине души я всегда беспокоилась, что однажды мне придется сражаться с собственным братом за наследство дома Кваросов. Задумывалась, не встанет ли Дом между нами, как между моим отцом и его братьями и сестрами. Это был единственный сценарий, на который я не знала, как отреагирую. Теперь знаю.

Слен шевелила пальцами, словно перебирая струны скрипки. Она умело скрывала эмоции, но из-за маленьких знаков ее слова звучали фальшиво или обретали другой смысл, и Кидан приходилось переводить.

— А другие члены твоей семьи? – спросила Кидан. – Они не станут вмешиваться?

Только в Доме Кидан осталось всего два живых представителя. Для остальных правила наследования были сложнее. Кидан сомневалась, что Корил Кварос упомянул в завещании свою дочь.

— После ареста отца нужно временно назначить нового наследника, – объяснила Слен. – Скоро моя семья примет решение. Выберет между мной и моим дядей.

Она говорила спокойно, но на мгновение опустила взгляд.

— У тебя есть план?

Она кивнула.

— Мой дед сменил нашу профессию с сельского хозяйства на музыку. Он уважает прогресс и развитие. Мне просто нужно доказать, что у меня большие планы на Дом Кваросов. Они меня поддержат.

Вот он, снова – проблеск желания, за которым должна следить Кидан. Каким бы ни был план, он определенно грандиозен.

Она всегда знала, что нужно опасаться амбиций Слен, но теперь она их откровенно боялась. Из-за них умер Джи Кей, и, если Слен им поддастся, что с ними будет?

«Ей нельзя доверять, – прошептал на ухо голос. Цитата из «Асерактии». – Верность – только для тех, кто голодает».

— А семья Юсефа? – спросила Кидан, пытаясь отвлечься.

— Семейное голосование не нужно – двоюродная бабушка назначила его наследником, когда ему было семь.

Слен на мгновение сжала зубы.

Похоже, технически на дом мог претендовать любой потомок, соответствующий устоявшейся культуре или ее разрушающий.

Даже Джун могла отобрать дом у Кидан.

Но в Укслее существовали законы внутри законов. Они требовали сначала завершить курс дранактии и составить завещание о наследовании.

— Ты собираешься наследовать или разрушать? – спросила Слен.

Кидан нарисовала на бедре квадрат слегка дрожащей рукой.

— Я пока слишком мало знаю о матери. – Ее голос прозвучал не так небрежно, как ей хотелось – легкая тоска ослабляла его. – А ты?

— Наследовать.

Кидан подскочила.

— Что? От Корила? Ты шутишь.

В равнодушном взгляде Слен читалось смирение.

— Я получила от отца письмо. Там была всего одна строчка: «Ткачи. Музыканты. Кем ты сделаешь нас теперь?» У нас с отцом больше общего, чем различий. Я могу продолжить его четыре фактора культуры. Это самый простой путь.

Их отвлек громкий хохот Юсефа. Он пронзил Кидан сердце, ввергая ее в тоску. Будь у нее хотя бы один родитель, который бы помог и направил, все сложилось бы иначе.

— Я подожду снаружи, – сказала Слен.

Видимо, ее терпение тоже иссякло.

Кидан последовала за ней, заметив короткий кивок Омара Умила. Казалось, он сказал то же, что и в прошлый визит. «Защити моего сына».