Книга Бессмертная тьма, страница 167 – Тигест Гирма

Он дышал тяжелее, натужные вдохи и выдохи приподнимали и опускали Кидан. Что-то острое сдавило ей спину и бедра. Сузеньос снова выпустил когти.

— Плечо… – пролепетала Кидан сквозь прилив исступления. – Какие воспоминания оно показывает?

Пронизанный желанием голос Сузеньоса звучал низко и хрипло:

— Точно не знаю. Что ты видела?

Ложь.

Всем вампирам известно, какие воспоминания вызывают укусы в каждую из частей тела. Куда попало они не кусают никогда. Но… Кидан поняла, что и ей знать не хочется. Она видела не воспоминание о былом, а зарождение воспоминаний. Пережитый вместе момент наверняка вытеснил то, что ощущают, кусая в плечо. К чувству, с которым связаны такие укусы, вряд ли были готовы и он, и она.

— Ничего определенного, – прошептала Кидан. – Плохо сосредоточилась. А что видел ты?

Сузеньос закатил глаза, вроде бы благодарный ей за ложь.

Он тоже видел себя в ее воспоминаниях? Пальцы Кидан в своих растрепанных волосах, свои горящие потусторонние глаза, свои блестящие от крови губы?

Кидал нервно сглотнула, готовясь слушать.

Сузеньос очертил пальцем ее горло, заставив сжать колени, обнимающие ему ноги.

Его блестящие губы растянулись в улыбке.

— Вот и я ничего не видел.

У Кидан заблестели глаза. Они понимали друг друга без слов, точно имели один разум на двоих.

Очерчивая ее горло, Сузеньос посмотрел на рог импалы, валяющийся у них в ногах. Рог был единственным смертельно опасным для него оружием, а Кидан даже не заметила, как Сузеньос снял его с ее бедер.

— Интересно, кому предназначался тот рог? – тихо спросил он.

Кидан погладила упругие грудные мышцы, за которыми скрывалось его железное сердце.

— А если бы я сказала, что тебе?

Сузеньос молниеносно схватил Кидан за запястье, заставив охнуть, и наклонил голову набок с чем-то очень похожим на изумление.

— Досадно, что я не знаю, правда это или нет. Еще досаднее, что сейчас мне это не очень важно.

Кидан улыбнулась. Он впрямь признался в очень опасных вещах.

Дом и земельный участок Тэмола Аджтафа притаились у самой границы кампуса, возле главных укслейских ворот, ведущих в город. От роскоши и великолепия обстановки у Кидан закипела кровь. Все это должно было принадлежать Рамин. Но мир будет отнимать и дальше, пока не обожжет себе руки.

Сузеньос и Кидан припарковались за несколько улиц от территории Аджтафов. Кидан отстегнула ремень безопасности.

— Осторожнее, yené Роана, – проговорил Сузеньос, следя за ее сосредоточенным взглядом. – У Аджтафов сотни дранаиков. Войти будет нелегко…

Кидан распахнула дверцу и выбралась из салона. Сузеньос выругался по-амхарски и вышел следом.

— Какой конкретно у тебя план?

— Дай мне ключи.

Сузеньос заупрямился:

— Я никогда не видел тебя за рулем. Ты водить-то умеешь?

— Разбить машину сумею.

Сузеньос захлопал глазами, будто не верил собственным ушам.

— Я посажу Тэмола в машину и разобью ее, – пояснила Кидан. – Ты должен вернуться домой, чтобы тебя не обвинили.

Сузеньос разинул рот и так и не смог закрыть.

— А ты будешь в машине?

— Да.

При любых других обстоятельствах ошарашенное лицо Сузеньоса выглядело бы комично.

— Это же совершенно…

— Это просьба.

Сузеньос посмотрел на нее как на инопланетянку, потом поднял руку.

— Прости, я не хотел это озвучивать, но ты не забыла, что ты смертная?