Книга Бессмертная тьма, страница 217 – Тигест Гирма

Собравшиеся зашептались.

Декан Фэрис, сидевшая в первом ряду, нахмурила брови:

— Хочешь сказать, отщепенцы отказались от своих идей и приняли наши?

— Примут, если вы дадите нам шанс.

Как по заказу двери распахнулись, и сиционы ввели трех Нефрази. Отщепенцев тотчас заставили опуститься на колени. Собравшиеся заохали.

Кидан проследила за взглядом Самсона, горящие глаза которого были устремлены на Сузеньоса. Злобы, переполнявшей тот взгляд, хватило бы, чтобы сразить наповал самого дьявола. Губы Самсона скривились в жестокой ухмылке. Да, он явно радовался. Сузеньос казался скучающим, но двигал челюстью. Как теперь понимала Кидан, это значило, что он весь внимание и трогает языком спрятанный в нёбе гвоздь.

Декан Фэрис поднялась на сцену, чтобы утихомирить собравшихся.

Глава Дома Аджтафов вскочил в негодовании.

— Абсурд! Нельзя позволять нашим детям привязывать себя к этим отщепенцам.

— Уверен, это заговор с целью обойти нашу линию обороны! – крикнул кто-то из Дома Мэкэри.

Декан сосредоточилась на Кидан, Юсефе и Слен.

— Где вы их нашли?

— Выполняя домашнее задание, мы отправились на окраину Заф-Хейвена и из невинного любопытства… – спокойно продолжала Слен.

— Из любопытства! Они признаются в нарушении закона! – снова закричал представитель Дома Мэкэри – отец Руфиала.

У Кидан закипела кровь.

— Нарушение закона – допустить проникновение отщепенцев на нашу территорию, – уточнил один из сиционов голосом столь же бесцветным, сколь его лицо. – Эти Нефрази сами позволили нам себя обнаружить. Они от нас не прятались.

Декан Фэрис вгляделась в лицо Кидан:

— Они тебе угрожают? Если да, скажи об этом сейчас, и мы их уничтожим. Обещаю, тебя никто не накажет.

Кидан изнемогала от желания сказать правду. Сделать так, чтобы декан Фэрис прочла ее мысли, но ради Джи Кея она прикусила язык.

Слен тоже не торопилась с ответом, и декан Фэрис заметила ее колебание.

Вместо девушек заговорил Юсеф:

— Разве не для этого нам читают курс «Дранактия»? Чтобы мы добивались мира с бессмертными и жили рядом с ними? Многие вампиры в этом зале были отщепенцами, пока не выбрали Укслей.

По залу прокатилась очередная волна тревожного ропота, но этот факт акторы опровергнуть не могли.

После долгой паузы декан Фэрис посмотрела на своего компаньона:

— Отлично. Ты знаешь, что делать.

Профессор Андреас перестал хмурить лоб, быстро подошел к коленопреклоненным Нефрази и строгим, не допускающим возражения голосом проговорил:

— Если вы выбираете Укслей, то должны будете подчиняться всем его правилам. Любое отклонение от его Нерушимых Законов приведет к вашей гибели или к обмену жизни. С каждым из вас я проведу консультации, в ходе которых определю ваши намерения. Если найду хоть один изъян, хоть ноту фальши, вы понесете ответственность. Это понятно?

Арин, скривив красивые губы, особо не скрывала отвращение. Самсон заставил себя кивнуть.

— Поднимите руки и повторяйте за мной.

Нефрази подняли руки и повторили клятву укслейского сосуществования с семьями. Самсон ухмыльнулся, проговаривая седьмой закон – слушаться и защищать акторов.

Профессор Андреас вернулся в центр сцены.

— Слен Кварос, кто будет твоим компаньоном?

— Сегодня я выберу двух компаньонов. Клянусь относиться к ним как к равным и требовать от них не больше, чем требовала бы от родных, – проговорила Слен, не поднимая головы. – Тадж Зури и… Уорд.