Книга Бессмертная тьма, страница 33 – Тигест Гирма

— Я выросла… в другом месте. В другом городе.

— И дранаик твоего дома не хочет, чтобы ты здесь находилась? – В голосе Рамин зазвучало напряжение. – Почему?

— Какая разница? Они все злые.

Рамин взглянула на нее изумленно:

— Как ты можешь так о них говорить? Разве ты не хочешь стать компаньоном своего дранаика?

Кидан было трудно ответить на этот вопрос. Она вглядывалась в худое лицо девушки. Рамин, представлявшая собой сгусток нервной энергии, трещала без умолку:

— Глупо, да? Мы столько лет ждем, когда повзрослеем и встретимся с ними на Ужине Знакомств, а потом это происходит, и все оказывается… не таким, как мы ожидали. Я к тому, что важно произвести хорошее впечатление, да? Нам предстоит с ними общаться, ну, долгое время, если повезет.

Кидан поняла, что у нее есть шанс сбежать. Рамин витала в облаках, прикусив нижнюю губу.

— Спасибо за помощь. Мне пора.

Кидан быстро вернулась в дом и закрыла дверь. Потом осторожно раздвинула шторы, чтобы последить за девушкой. Рамин нахмурилась и зашагала себе прочь. Колечко в носу сверкало на солнце, которое показалось из-за туч как раз у нее над головой.

Тут мимо прошагал Сузеньос в рубашке с расстегнутым воротом. В руках он держал ту же книгу, что и в день их знакомства. «Ebid Fiker» – так она называлась. Книга была на амхарском, но название Кидан запомнила.

— А-а, вот ты где. По-моему, я слышал на крыше крыс. Водостоки давно пора вычистить.

— Я могла там погибнуть, – негодуя, сказала Кидан.

— Не драматизируй. Отделалась бы разве что переломом. Смерть от падения с крыши – слишком заурядный конец для тебя. – От этих слов взгляд Сузеньоса потемнел, скользнув к ее голой шее. На Кидан была свободная ночнушка с широкой горловиной. Девушку затрясло от отвращения.

— Держись подальше от Этете, – предупредил дранаик, заставив Кидан прищуриться.

— Зачем это? Боишься, что я узнаю закон?

— Великие и достойные наследники способны считать закон сразу, как попадают в дом. Считать закон – самая легкая часть процесса. – Жестокая ухмылка стала шире. – Ты не способна. Чего же мне бояться?

Кидан немного потупилась, потом стиснула зубы.

— Похоже, я уже близка. Иначе к чему эта детская выходка?

Сузеньос изогнул бровь, его лицо просветлело.

— Ты теперь судишь мои выпады? Наверное, мне стоит стать изобретательнее.

Кидан подняла собранные во дворе вещи к шее, прикрывая ее, и, оставляя мокрые следы, прошла к лестнице. Носки у нее так и хлюпали.

На первой ступеньке она остановилась и ледяным голосом проговорила:

— Пока я буду в душе, ты спустишь все мои вещи, не то сам будешь спать во дворе.

— Это приказ? – Сузеньос выражался очень осторожно, и Кидан пришло в голову, что он тоже сдерживает себя.

Кидан повернулась к нему лицом:

— Да. Мне нравятся законы этого места. И закон говорит, что дранаик, причинивший физический вред смертному, понесет большую ответственность…

— Погоди, я к тебе не прикасался…

Кидан врезалась головой в лестничную стену. Перед глазами у нее заплясали искры, но она справилась с дурнотой, желая запечатлеть его шок в каждой клеточке мозга, и, боже, это было восхитительно.

Завтра у нее наверняка появится синяк, но вампир наконец понял, с кем имеет дело. Кидан двинулась прочь. По лбу у нее текла кровь, но она все равно улыбалась. На верхней ступеньке она обернулась, чтобы бросить еще один торжествующий взгляд, но увиденное напугало ее до дрожи. Опустившись на корточки, Сузеньос Сагад собирал капли ее крови и подносил пальцы ко рту. Их взгляды встретились: глаза Кидан лезли на лоб от ужаса, глаза Сузеньоса помутнели от голода.