Книга Дракон и Некромант. Мой выбор, страница 84 – Ирина Савицкая

Кайден закрыл дверь, сел рядом, положил руку на ее колено. Не обнял, не прижал к себе — просто дал знать, что он здесь. На случай, если она захочет опереться.

— Я боялась не воды, — сказала Лиссандра, глядя на свои распухшие пальцы. — И не графа. Боялась того, как люди будут смотреть. Они увидят не меня. Увидят беременную женщину, которая спасла пойму. Или символ. Или хрупкую вещь, которую нужно либо беречь, либо использовать. Я не хочу быть ни тем, ни другим. Я хочу просто… жить здесь. С тобой. Заниматься своей работой. Воспитывать ребенка. Без ролей. Без ожиданий, которые навязывают другие.

Он накрыл ее руку своей — теплой, чуть шершавой, с еще не зажившими царапинами от канатов.

— Ты не станешь символом, — сказал он твердо. — Потому что мы не позволим им тебя им сделать. Академия работает. Договоры подписаны. Гильдия видит результат, а не титулы. А если кто-то начнет требовать от тебя быть матерью клана или щитом Ауриэля, мы напомним им, что ты Лиссандра. Травница. Управляющая. Человек, который выбирает, как дышать, а не как выглядеть.

Она улыбнулась — устало, краешками губ, но искренне.

— Ты говоришь красиво, когда хочешь.

— Я всегда хочу. Просто получается не всегда.

— Ладно, — она вздохнула, прижалась к его плечу. — Будем считать, сегодня получилось.

* * *

Они не стали сразу ложиться. Сначала Лиссандра сходила умыться, Кайден принес из кухни горячий ужин — Эльна настаивала, чтобы беременная женщина ела не реже трех раз в день, и ее было не переспорить. Потом они сидели у камина, смотрели на огонь и молчали. Тишина была плотной, но не тяжелой — как одеяло, в которое укутываешься в холодный вечер.

Потом он помог ей раздеться — медленно, осторожно, не торопясь. Расстегнул пуговицы, снял рубаху через голову, и Лиссандра вдруг подумала, что он раздевает ее так, будто она из стекла. Но в этом не было жалости — было уважение. Он знал, что ее тело устало, знал, что сегодня оно работало на пределе, и не требовал от него невозможного.

Когда они легли, он не навис сверху — лег рядом, обнял так, чтобы она могла дышать полной грудью, положил руку на ее живот — не сжимая, просто напоминая о присутствии. Близость пришла сама, без приглашений и долгих предисловий. Медленно, синхронно, как два течения, которые наконец слились в одно русло.

Она закрыла глаза, чувствуя, как страх — тот самый, который жил в ней с момента освобождения, — тает, сменяясь чем-то другим. Спокойствием. Доверием. Пониманием, что она не одна.

После Кайден остался рядом — не отодвинулся к краю, не заснул сразу, как делают некоторые, а просто лежал, гладил ее по волосам и смотрел в потолок.

— О чем думаешь? — спросила Лиссандра.

— О реке, — ответил он. — Она запомнит сегодняшнюю ночь. То, как мы ее пропустили. Не ломали, не сражались — пропустили.

— И мы запомним, — прошептала она. — Не как победу. Как день, когда выбрали идти дальше.

Снаружи все еще шумела вода — спокойно, ровно, как дышит спящий зверь. Где-то внизу уже начинали стучать молотки — утренняя смена восстанавливала нижние мостки. Лиссандра не вставала. Она лежала, чувствуя, как жизнь внутри нее шевелится, как тепло переходит от его кожи к ее, как дыхание синхронизируется.

Политика не исчезла. Гильдия все еще считала проценты. Совет шептался о новых письмах за толстыми стенами. Граф наверняка уже придумывал новую пакость.