Книга Зимние звезды, страница 88 – Наргиза Огненная

— Откуда это-то ты знаешь? — удивлённо машу руками.

— Потому что твои платки для носа, всегда были махровыми. Ты никогда не вытирала салфетками. А ещё однажды ты уснула прямо у меня на руках.

Непонята? Не помню такого.

— Когда это?

— Так и знал, что ты этого не вспомнишь. — смеётся он и зачёсывает волосы назад, — Помнишь ноябрь девятого класса. Ты тогда сильно заболела и пропустила почти неделю. Из-за этого на следующую неделю всё равно пришла, так как боялась совсем отстать, олимпиада же на носу была?

Я киваю, хорошо помню. Это же из-за него потом на эту дату перенесли.

— Но у тебя поднялась снова температура, и классная отправила в медпункт. Там тебе дали таблетку и порошок какой-то, потом медсестра вышла. А я зашёл. Хотел узнать как ты, но знал, что ты рычать на меня начнёшь и выгонишь, поэтому подошёл сзади, и хотел аккуратно проверить, насколько ты горячая. Но ты с таким облегчением выдохнула...

— У тебя рука была холодной, - припоминаю я. - Но я думала, это сон, — доходит здесь до меня.

— Ага, я тоже потом так и думал, что ты, скорее всего, не поняла, кто это был. Сама схватила меня за руку и начала просить, чтоб не убирал. А потом жалобно проситься на ручки. — он снова ухмыльнулся, — Помню, как я немного обалдел. И даже переспросил, но ты сама потянулась и обняла меня за шею, что мне ничего не оставалось, как сесть рядом. Но ты мелкая очень, вот я тебя и посадил себе на колени, чтоб проще было обнимашками заниматься.

Потешается надо мной и хитренько, так смотрит. Вот чудовище, воспользовался моей слабостью.

— Я тогда почти в полубреду была, у меня сильно температура поднялась, и я вообще уже считала, что дома сплю. — немного дуюсь.

— Скажи честно, ты думала, кто тебя обнимает? — серьёзно спрашивает он.

Блин, нет, я в этом не признаюсь. Я видела, что это мой кошмар, но ведь он не может быть таким ласковым быть и не огрызаться. А раз не потешался тогда, вот я и подумала, что он мне сниться. Ну а во сне же можно всё? Вот и воспользовалась ситуацией, мне и правда хотелось его прохладных объятий, поэтому и попросила обнимашек. Но он прав, я всегда просила кого-нибудь со мной посидеть, когда болела, либо папа, либо бабушка, а потом иногда сидела Анюта.

— М-м-м..., — тянет он очень уж довольно, — у Эльфа ушки покраснели. Так, ты знала, что это я.

Бли-и-ин!

— Ты просто не дразнил меня и был таким заботливым, поэтому это мог быть только сон.

— Да, да, я слышал, что это был для тебя сон.

Он снова склоняется ко мне через весь стол.

— Но я услышал ещё кое-что, — берёт мою прядку волос, что я выпустила и трогает пальцами, смотря исключительно на них, — Что ты была не против моих объятий и заботы.

Ой, всё! Раскусил. Ну и что дальше то?

Переводит взгляд на меня.

— А это значит, что я тебе тоже нравился ещё со школы, — и улыбается.

Он будто пытается все мои чувства вывернуть, капает так глубоко и тщательно, выуживая по крупицам, спрятанную и давно похороненную симпатию к нему. Но я задумываюсь над этим. Возможно, он и прав, просто никогда не анализировала тот совой поступок.

Всматривается в моё лицо и будто находит то, что хотел. Садится снова ровно.

— Я улечу всего на неделю, Эльф. Потом, как вернусь, хочу услышать ответ.

Такой быстрый скачек в теме, и настроении, что меня немного вводит в ступор, поэтому я не понимаю о чём он.