Книга Скованные тьмой. Второй шанс, страница 18 – Екатерина Вострова

«Ничего странного», — подумал я.

Я следил за Селестой с момента, как она вошла в поместье, подкупил слугу, чтобы отправил ее ждать аудиенции под дверью кабинета. И попросил одного из «гостей» говорить то, что она должна была услышать. Я устроил так, чтобы на дверь наложили чары, чтобы Селесте было хорошо слышно каждое слово.

Ее побег не был случайностью. Каждая дорога этой ночью должна была привести Селесту ко мне, и от осознания этого я одновременно испытывал удовлетворение и неприятный укол стыда.

— Я был за городом по делам и задержался немного, — спокойно ответил я.

Селеста кивнула и принялась внимательно изучать внутреннее убранство кареты. Темное дерево, серебряные накладки, тонкую вышивку на подушках.

Сначала показалось, что она просто избегает разговора, но затем я заметил ее отражение в оконном стекле. Селеста смотрела не на серебро и не на вышивку, а на меня. При этом на лице было такое выражение, будто она сама не понимала, почему продолжает меня разглядывать.

Когда карета свернула на длинную аллею, ведущую к замку, лунный свет упал на высокие кованые ворота. На них ярко блестел герб дома Крейнов: черный ворон, держащий в когтях разорванную корону.

— Крейн?!.. — воскликнула Селеста и резко повернулась ко мне. Плащ соскользнул с одного плеча, открывая тонкую шею и край голубого платья. — Вы Деймон Крейн? Младший брат короля?

Я слегка наклонил голову.

— Он самый, — я внимательно следил за ее лицом, ожидая привычного страха, который появлялся у тех, кто слышал мое имя, но его не было.

Я, привыкший видеть в людях расчет, отметил, что ее смущение было искренним. Селеста смотрела так, словно пыталась соединить страшные слухи с человеком, который укрыл ее плащом и не позволил замерзнуть на дороге.

И тут она сделала то, чего я совершенно не ожидал: попыталась встать, чтобы поклониться, одновременно пытаясь стянуть с плеч мой плащ.

— Ваше высочество! Простите меня! Я не знала! — затараторила она, краснея до корней волос. — Я вела себя так непочтительно, обращалась неправильно, сидела в вашей карете… О боги, а я еще и в вашем плаще!

Она все еще судорожно пыталась снять плащ, кланяясь, насколько вообще было возможно в карете.

Я едва сдержал улыбку. Ее паника выглядела неожиданно… мило.

— Селеста, сядьте, — мягко сказал я.

— Нет-нет, я не могу сидеть в присутствии…

Она не договорила.

В этот момент карета слегка качнулась, Селеста потеряла равновесие, вскрикнула и рухнула прямо на меня. Я инстинктивно подхватил ее, и она оказалась у меня на коленях, уткнувшись лицом мне в грудь.

Во мне жарко взорвалось что-то темное. Селеста снова оказалась в моих руках. Я чувствовал, как бешено колотится ее сердце, как напряжено ее тело — она готовилась от меня отскочить. И это только сильнее разожгло во мне собственнический огонь. Хотелось крепче прижать Селесту к себе, зарыться лицом в волосы, вдохнуть ее запах до головокружения.

— Я… я… простите! — пискнула она, пытаясь отстраниться, но в двигавшейся карете это было непросто, и Селеста только, наоборот, прижалась ко мне.

Я медленно обвил рукой ее талию, не давая вырваться, но и не удерживая силой.

— Все в порядке, — сказал я ей на ухо. — Карета просто покачнулась.

Селеста замерла, словно испуганный зверек. Еще несколько секунд она сидела у меня на коленях, а потом карета остановилась, и дверца открылась. Нас с фонарем в руке встречал дворецкий.