Книга Мой ласковый зверь, страница 7 – Юлия Мош

Нет у меня! — Я попыталась вырваться, дернувшись всем телом. И тут же получила пощечину. Не сильную, нет. Макс редко бил сильно, только чтобы проучить, чтобы показать, кто здесь хозяин. Но она была обидная, унизительная. В глазах защипало от слез, но я стиснула зубы, не позволяя им пролиться. "Ты не покажешь ему свою слабость". - шептал внутренний голос. — Тогда завтра еду к твоей бабке. Сама виновата. — Эти слова, сказанные с ледяным спокойствием, причинили боль гораздо сильнее любой пощечины. Он оттолкнул меня, и я, потеряв равновесие, упала на бетонный тротуар, больно ударившись коленом о шершавый, грязный бордюр. Максим развернулся и, шаркая ногами, ушел в темноту, оставив меня лежать на холодном асфальте, разбитой, униженной, не в силах встать. Я не знаю, сколько я так просидела. Минуту? Час? Вечность? Холод пробирал до самых костей, но мне было все равно.

Хотелось просто сидеть, зажмурившись, и не думать ни о чем. Чтобы мир исчез, чтобы исчезла я. Чтобы не было ни Максима, ни бабушки, ни книг. Только пустота.

— Девушка, вам помочь? — Услышала я низкий, встревоженный мужской голос, словно доносящийся издалека, сквозь ватную пелену отчаяния. Я медленно, с трудом подняла глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. Глеб.

Он стоял надо мной, величественный, будто вырезанны из мрамора. Его рука, сильная и уверенная, была протянута ко мне. Лицо было хмурым, красивым, а в глазах плескалась такая тревога, такая... ярость? Мне показалось. Не может быть.

Ему-то что до моих проблем?

— Я в порядке. — Слова снова вылетели сами. Я попыталась встать сама, опираясь на обледенелый бордюр, но колено предательски подкосилось, и я снова чуть не упала. Сильные, теплые руки подхватили меня, не давая рухнуть на землю.

— Кто это был? — Тихо. Очень, очень тихо. Но в этой тишине было столько сдерживаемой, кипящей злости, столько скрытой угрозы, что я испугалась. Испугалась не его, а за него. Это было непривычное ощущение. Никто. Просто... бывший. — Я попыталась освободиться от его прикосновений, но он не отпускал, его пальцы. словно стальные обручи, сжали мои руки. Его взгляд, пронзительный и сосредоточенный, скользил по моему лицу, задерживаясь на распухшей щеке, на следах от слез.

Он вас ударил. — Это не был вопрос. Это было утверждение, произнесенное с такой уверенностью, что опровергать его не имело смысла.

— Все нормально, я привыкла. — Слова вырвались сами, словно гнойник вскрылся. Черт! Зачем я это сказала?! Это прозвучало так жалко, так унизительно.

Глеб замер. Его глаза, эти пронзительные серые глаза, посмотрели на меня так, что мне стало холодно, несмотря на его тепло. В них полыхало что-то темное, опасное, такое, чего я никогда не видела, не то что в его спокойных глазах, но даже в глазах Максима. Это было свирепое, первобытное. — Привыкли…

— Медленно, почти по слогам повторил он, словно давая каждому слову раствориться в воздухе. В его голосе не было ни жалости, ни удивления, только невероятно густая, тягучая ярость. — Лиза, вы сейчас пойдете со мной. Без споров.

Но... - попыталась возразить я, едва шевеля губами.

Без. Споров. — Он не позволил мне договорить, его хватка на моей руке стала чуть сильнее, но все равно оставалась предельно аккуратной. Он уже вел меня к черному, блестящему внедорожнику, стоявшему у обочины, словно черная тень, ждущая меня.