Книга (не)желанный подарок дракона, страница 75 – Юлия Парфенова

Передо мной открылась картина, будто я смотрела с высоты птичьего полета.

Два огромных дракона сражались в небе.

Один черный с зеленым отливом, могучий, с размахом крыльев, закрывающим небо. Другой величественный светло-золотистый дракон, с переливающимися шипами, словно драгоценные ледяные камни.

Они рвали друг друга не щадя, их когти оставляли глубокие раны на чешуе противника. Раздавался приглушенный рев, словно я слышала все через толщу воды, но он все равно заставлял трепетать сердце.

Внизу, под землей в подвале, стояла Леона. Она держала в руке длинный изогнутый клинок, прижатый к моему горлу. А я сидела прислонившись спиной к камню, беспомощная, с закрытыми глазами.

— Это ведь происходит по-настоящему? — Задала вопрос вслух, даже не осознавая этого.

— Да, дочь моя, — ответил папа, его голос звучал печально. — Это реальность. И ты должна вернуться и спасти его. Ради вас самих.

— Но как, пап? — спросила удивляясь.

В голове роились мысли. Как я могу спасти Сириана, если сама лежу где-то в подземелье, связана и бессильная? Что будет с Люси, если я исчезну? Кто защитит ее от мамы и ее алчных замыслов?

И тут в голове вспыхнуло озарение. Отец называл меня «ланью». С самых малых лет. Сириан говорил, что проклятие гласит: «до тех пор, пока проклятие не смоет кровь невинной лани».

Вдруг все встало на свои места. Все это время они думали, что речь шла о животном. О реальной лани, которую нужно принести в жертву. Но нет. Проклятие говорило обо мне. Я — та самая лань. Та невинная, чьей кровью можно снять проклятие.

— Ты имеешь в виду… — начала я, голос дрожал. — Что я… я должна стать той жертвой? Но как эта женщина, Моргана, могла знать будущее? Или я ошибаюсь?

Я посмотрела на отца. Он кивнул, будто знал все мои мысли. Его глаза говорили больше, чем слова, он видел всё: и мои страхи, и мою боль, и ту жертву, которую я должна принести.

— Все правильно, дочь моя. Проклятие требует жертвы. И эта жертва — ты. Ты должна это сделать.

Слезы горячими ручьями текли по моим щекам, смешиваясь с пылью и кровью с царапин.

Он хотел, чтобы его дочь пожертвовала собой. Это было жестоко.

Но весь его вид, его присутствие кричало о том, что он знает больше, чем говорит.

Он смотрел на меня с такой любовью, с такой уверенностью, что я не могла ему не доверять.

— Все будет хорошо, — прошептал он, целуя меня в лоб. — Помни, я люблю тебя, Вивьен. Люблю всегда и во всем.

И тут же, как в водовороте, меня выбросило в реальность.

Я открыла глаза.

Передо мной был темный камень и холодная стена подземелья. Леона всё ещё стояла рядом, злорадно улыбаясь, держа кинжал у горла моей копии. А вдалеке, за каменными стенами, раздавался рев двух сражающихся драконов.

Но в моей душе осталась одна мысль, ясная и неоспоримая: я должна спасти Сириана. Даже если это будет стоить мне жизни.

Сердцем я знала, что нужно сделать. Этот камень. С него все началось, и на нем должно все закончиться.

Но как убедить Леону отпустить меня?

Она стояла надо мной, ее лицо освещало мерцающее пламя факела, отбрасывая танцующие тени на стены подземелья. В глазах плясала безумная радость.

— Наша принцесса наконец-то проснулась! — прощебетала она с фальшивой нежностью. — Ты пропустила самое интересное. Они бьются за тебя. Слышишь?