Книга Медея, страница 148 – Ли Литвиненко

— Ну и иди, – Марта показала ему язык. – Кровавые пиры…Дурак! Вот от прежних хозяев, такого вполне можно было ждать. Те могли…

— Марта, – позвала Медея от дверей дома. – Ключи!

— Несу, – девочка подбежала и выбрав из связки нужный, открыла входную дверь. – Вот протянула ключи Медее. – Сторож взял расчет и свалил.

— Уволился? – бровь оборотня чуть приподнялась. – Скатертью дорога.

— Почему уволился? – не поняла Медея. – Неужели он был так предан Горнерам?

— Нет, на них ему наплевать, – смущенно улыбнулась Марта. —Жолок он только деньги и ценит.

— Тогда чего ушел? Боялся что перестану платить? – Медея переступила порог родового гнезда и огляделась.

— Думаю это из-за меня, – Церус вошёл следом за ней. – И остальные слуги скоро последуют его примеру.

— В смысле из-за оборотня? – поняла Меди. – Боятся что укусишь? Или съешь целиком?

— Да всё вместе. Страх плюс предубеждение. Глупые человеки, – хмыкнул Церус.

— И других людей опасаются, – пояснила хозяевам Марта. – У всех есть соседи, друзья. На того, кто будет работать на двуликого, станут косо смотреть. Никто не станет с ними знаться и руки не подаст. Работу на оборотня расценят как предательство.

— Ну и в бездну их, – отмахнулась Медея. – Наймем гномов с Красного берега.

— Можно и так, – согласно кивнул Церус и внимательно огляделся.

Роскошь, вот самое подходящее слово для этого дома. Роскошь и богатство. Не новое, а самое что ни наесть настоящее. Деньги и вещи собранные годами, поколениями зажиточной семьи. С таким нельзя сравнивать заработанные Церусом гроши. По сравнению со всем этим, они превращались в жалкие крохи. Тут, в этом особняке, чувствовалась сила всего рода, то, что нельзя получить быстро или купить.

— Ничего себе, – присвистнул двуликий и провел рукой по мрамору лестницы.

Она встречала входивших витиеватыми завитками, вырезанными на мраморе перил. Белоснежная и величественная как королева.

— Обожаю её, – улыбнулась Медея. – Прадед привез камень из устья Багровой реки. Там небольшая каменоломня, принадлежащая эльфам. Отец говорил, что она стоит целое состояние.

— Охотно верю, – Церус заглянул в первую комнату.

— Это зеленая чайная, комната для утренних приемов, – Медея радостно шла по коридору и знакомила с домом Церуса. – Есть еще золотая, но там принято встречать гостей после обеда. В такие часы, солнце приятно светит сквозь перголу и в комнате очень уютно. На этом этаже ещё есть библиотека, столовая и папенькин кабинет. Слева хозяйственные комнаты и кухня.

По мере осмотра, Меди с грустью замечала, как изменили интерьер особняка. Не в лучшую сторону. Из комнат пропало много дорогих её сердцу вещей. Картины, вазы, мебель и птичьи клетки с голосистый певунами. Их заменили яркими безвкусицами, бросающимися в глаза. Поменяли даже обои на стенах и портьеры. Ужасно.

— Тут… много всего, – Церус почесал подбородок оглядывая нагромождение безделушек.

— Не так много как в крепости оборотней, – напомнила Медея о сокровищнице.

— Да, – кивнул Церус и тепло улыбнулся вспомнив свой дом. – Но там натащили для целой стаи, а туту…

— Для большой семьи, – Медея дошла до двери ведущей в отцовский кабинет и с благоговением замерла, взявшись за ручку.

Папы уже давно нет на бренной земле, а ей всё также хочется постучать, перед тем как войти внутрь. Медея всегда так делала раньше. Стучала и ждала позволения войти. Знала, что отец не будет ругать если дочка ворвется без спроса, но боялась помешать его работе.