Книга Льдинка во Мраке, страница 14 – Лия Юмай

Я тряхнула головой, пытаясь прогнать наваждение.

— Рас, мне определённо надо прогуляться. Морозный воздух освежит голову и приведёт в порядок мысли. А ты оставайся здесь, хоть принц и сказал, что ты магическое создание и заболеть не сможешь, я всё равно боюсь, тебе будет холодно.

Лисёнок расставил свои большие уши, внимательно слушая мой голос, затем издал скулящий звук и уткнулся в носки моих туфель.

— Ну не обижайся, малыш! Я обязательно возьму тебя на прогулку в оранжерею. Там тебе точно понравится! Чуть позже, хорошо?

Я погладила его милую мордочку и взяла меховую накидку.

В заснеженном саду приходилось жмуриться от солнца, отражающегося от ледяных статуй. В попытке привести в порядок свои мысли, я сняла перчатки и погладила пушистые еловые ветки, наслаждаясь их лёгким покалыванием, нарисовала лисью мордочку с большими ушами на покрытой снегом скамейке и слепила снежок. Пришлось применить немного магии, потому что было холодно и снег рассыпался.

Вдруг я услышала чьи-то скрипучие шаги и обернулась. Мрак! То есть герцог.

Он остановился, глядя на меня, и на его губах заиграла улыбка — не насмешливая, а какая-то задумчивая, почти удивлённая. Я тоже улыбнулась. Мы и стояли какое-то время, не решаясь заговорить, и улыбаясь друг другу так, словно у нас была общая тайна.

— Я смотрю, вы не нагулялись утром, Ваше Сиятельство.

— Как и вы, Ваше Высочество.

Мрак приблизился и посмотрел на мои художества.

— У вас определённо есть талант к рисованию.

Его голос прозвучал тише и мягче, чем утром, без намёка на привычную иронию. Он разглядывал мою снежную картину с таким вниманием, словно это была фреска в королевской галерее.

— Спасибо, — ответила я, чувствуя, как от его одобрения по спине разливается приятное тепло. — Но это всего лишь детская забава.

Я опустила глаза, а герцог взглянул на мои руки, в которых я всё ещё держала снежок, ледяной магией не позволяя ему таять.

— У вас руки не замёрзли? — тихо спросил он, а потом вдруг коснулся моих ладоней подушечками пальцев, словно проверяя температуру. — Холодные.

Его прикосновение было стремительным и осторожным, но от него по всему моему телу разошёлся незнакомый трепет. Я не успела ни среагировать, ни отдёрнуть руку — только почувствовала текстуру его кожи и краткий, обжигающий контакт.

— Я... я привыкла, — ответила я, и голос мой прозвучал чуть сбивчиво. — К тому же мои руки — это сосредоточение ледяной магии. Они часто холодные, и в то же время, едва ли могут замёрзнуть.

Он всё ещё не убирал руку, будто сделать это было трудно, что-то невидимое и неведомое происходило между нами, и мои холодные пальцы вдруг стали тёплыми, даже горячими. Снежный комочек в ладони начал отчаянно таять, и первая капля беззвучно упала нам под ноги.

— Как странно… — всё так же приглушённо проговорил он. — Ваша магия холодная, а от прикосновения... тепло.

Взгляд Мрака скользнул с наших рук на моё лицо, и в его глазах было то же смятение, что чувствовала я сама.

— Возможно, — почти шёпотом сказала я, — не всё во мне состоит изо льда.

В этот миг на часовой башне замка прозвучал колокол, возвещая о скором начале торжественного ужина. Звук разбил заколдованный миг, и мы одновременно отшатнулись друг от друга, словно пойманные на чём-то запретном. Я отряхнула мокрую от снега ладонь.