Онлайн книга «Божье чудовище»
|
Господи. Господи-Господи, как же так? И ведь Грей меня даже не вспомнил! Потому что выбрасывал таких несчастных девушек, не запоминая их лиц – а зачем запоминать, шлюха есть шлюха! Нечего смотреть на нее, нечего церемониться. — У тебя на столе раньше стояла фигурка собачки, – пробормотала я. – Такая металлическая собачка, ее толкнешь, и она качает головой… Грей нахмурился – уставился на меня, будто бы тоже узнавал, и на какой-то миг в глубине его глаз проплыло подобие стыда. Мелькнуло и погасло. — Ну да, – произнес он. – А ты откуда знаешь? — Оттуда! – воскликнула я. Выскочила из-за стола, схватила салфетку, бросила Грею в лицо – потом схватила со стола фарфоровый соусник, запустила, попала! – Пятнадцатый участок! Пятнадцатый это был, а я тогда не посмотрела на номер! Пришла в полицию, потому что мне говорили, что полиция всегда помогает! Мне так говорили, а я поверила! Грей оторопело смотрел на меня – на лбу наливалась шишка от соусника, по лицу и мундиру текла белесая жидкость, так отвратительно похожая на ту, что текла по моим бедрам, смешиваясь с кровью, а я терла и терла ее, пытаясь оттереть, пытаясь убрать свой грех, который невозможно было оттереть и убрать! — А ты, сукин сын, выкинул меня! – я рыдала и не понимала до конца, что захлебываюсь в слезах. – Я тебя узнала! Рожа у тебя теперь другая, но ты все та же мразь! Грей тоже поднялся из-за стола, а я бросилась на него через стол. Гнев, боль, ненависть к человеку, который должен был помочь мне, но не помог, помрачали разум. И я не поняла, что происходит, потому что какая-то сила оттянула меня от стола и старшего инспектора, опутывая уверенно и плотно и не давая сопротивляться. Во взгляде Грея теперь плавал ужас, и доктор Броуди произнес, растерянно и устало: — Я ее держу, старший инспектор, держу. Вам сейчас лучше уйти, и поскорее, ей плохо. Только тогда я осознала, что именно не дает мне двигаться: доктор Броуди схватил меня, держа всеми своими многосуставчатыми конечностями. Окончательно поняв, что произошло, я как-то обмякла в его захвате, и Божье чудовище сказал откуда-то из невообразимого далека: — Идите, Эдвард, идите. Алекс почистит ваш мундир и даст нашлепку на лоб. * * * Грей убрался, стараясь не смотреть в мою сторону – только тогда доктор Броуди выпустил меня, и я осела на стул и заплакала. Все вернулось. Все, что я так старалась забыть, выплыло из памяти и снова обрушилось на меня. Я вспомнила Пятнадцатый участок – скверное нечистое место со страшно затоптанным полом, измызганными стенами и рабочими столами, заваленными бумагами, которые никто не собирался изучать. Вспомнила и себя – униженную и растоптанную даже не тем, что сделал со мной человек в домино. Он был монстром. От монстра не станешь ждать ничего хорошего. Нет-нет, я понимала, что бывает с девушками, которые впадают в грех – нам в приюте рассказывали об этом каждый божий день, и я знала, что теперь со мной будет, и как я стану жить дальше. Но про полицию нам рассказывали тоже – госпожа Сайрус восторженно называла стражей порядка оплотом света среди бесконечной тьмы. — Флер, – доктор Броуди дотронулся до моего плеча человеческой рукой, и я увидела протянутую салфетку, и только сейчас заметила, что у Божьего чудовища маленький белый шрам на указательном пальце. Наверно, порезался, когда работал с какими-нибудь корешками, кромсая их на части… |