Книга Подменная кадетка ледяного командора, страница 33 – Николетта Фэй

— Вот это моё, — шепчет брат, и плечи у него наконец опускаются. — Остальное расползается.

Мне хочется пообещать, что я разберу его память по кусочкам и верну на место. Рядом лежит оружие, которое слышит клятвы, а я не имею права привязывать Рена к ещё одному невыполнимому обещанию. Вместо этого спрашиваю о плане с Кайденом.

Рен переворачивает схему. На обороте проступает Сердце и множество дорожек, уходящих к городским кварталам. Кайден должен был перекрыть военный контур и привести людей, согласных делиться силой. Его печать открывала внешнее кольцо, Ренина — внутреннее, клинок принимал добровольные клятвы и пробуждал Сердце.

Дорожек слишком много для нескольких десятков доноров. Старую защиту действительно строили для всего города, значит, шестьдесят четыре человека не единственный источник. Рен указывает на перечёркнутые гнёзда. Ноготь цепляет прожжённую бумагу, и кусочек плана остаётся у него на пальце. Великие дома уничтожили часть старых соединений. Он не успел узнать, сколько работает, а Кайден искал мастеров щита и людей, которым мог доверять. Они собирались открыть кольца одновременно, пока совет не перекрыл доступ.

Таран за дверью внезапно замолкает. Мы оба смотрим на щель у нижней петли. Снаружи больше не пытаются войти, и от этой тишины становится хуже: Севра нашла способ добраться до нас, не ломая замок.

В серебряной трубе под потолком щёлкает передающий кристалл. Через такие трубы кадетов звали на построение, сейчас оттуда доносится спокойный голос Севры. Она просит академию сохранять порядок и объявляет, что носительница Клятвенного клинка проникла в лечебный сектор, похитила своего брата и удерживает его после повреждения источника.

На слове «опасный» Рен беззвучно повторяет знакомую команду. Я хватаю его за запястье прежде, чем он поднимает оружие. Голос Севры остаётся мягким, пока она называет Кайдена моим сообщником: он якобы вывел меня из-под законного ареста, напал на стражу и теперь передаёт незаконные приказы без печати совета.

Рен медленно разжимает пальцы. Кайден жив — иначе Севра уже превратила бы его смерть от руки моего брата в главное обвинение. Я прижимаю рукоять к ладони; серебряная нить отвечает далёким, неровным толчком. Он всё ещё держится.

— Они отрежут его от войск, — говорит Рен, вслушиваясь в трубу. — Тогда старый план умер.

Севра продолжает. За помощь беглецам обещает обвинение в измене Северу. Меня называет вооружённой похитительницей, которая намерена сорвать обновление щита. Любой, кто увидит нас, обязан сообщить новой комендатуре.

В дверь больше не бьют. Наверху нас уже сделали угрозой для каждого дома нижнего города. Рен смотрит на меня дольше обычного; серебряные линии на его коже тускнеют, и за ними снова проступает брат, добровольно вошедший в программу, потому что не смог оставить Илая в кресле.

— Если выйдем, меня заставят подтвердить её слова. Я сам скажу, что ты похитила меня, и даже не пойму, когда начал.

Я складываю схему и убираю под куртку. Дрожь проходит, оставляя ясность, от которой холоднее, чем от щели под дверью. Нам нельзя уничтожить Рена, клинок или Сердце. Нельзя отдавать совету шестьдесят четыре источника. Остаётся найти уцелевшие гнёзда и людей, которые откроют их добровольно, пока Кайден ещё может помочь.