Книга Твой яд, страница 50 – Диана Валеса

Вот именно! Сон! Я так думала, а оказалась, что ты пал так низко, и воспользовался мной, — снова дёргаюсь, когда его рука ложится на моё бедро и скользит вверх под кромку юбки. Пытаюсь сжать ноги, но он раздвигает мои колени своим телом. Тепло его ладони заставляет мурашкам бежать по коже. И жар проносится по всему телу. И это мерзавец замечает моё состояние. Там, где он меня касается начинает жечь, да так сильно, что даже больно становится.

• Ненавижу тебя! — кричу я, и слёзы, наконец, прорываются наружу, текут по щекам. — Ненавижу, слышишь?! Он наклоняется, облизывает солёную дорожку на моей щеке. Дышит тяжело и прерывисто. — Я знаю, — выдыхает он. — Ты вся горишь, — усмехается он, чувствуя, как моё тело откликается вопреки желанию. Отворачиваю лицо, не желая смотреть на него. Не желая признавать, что моё тело предаёт меня. Что внизу живота разливается тягучее тепло, а дыхание сбивается не только от страха. Я не понимаю, почему моё тело живёт своей жизнью. Почему я реагирую на этого больного ублюдка, хотя не должна! Я же не больная, я понимаю, что он подонок.

Что со мной не так?

Ашер убирает руку с моего бедра, скользя выше и поддевая край трусиков, но кожа продолжает гореть, и даже, кажется, что чешется. Пальцы проходятся по влажным складкам, отчего я неосознанно выгибаюсь и до крови губу прикусываю. Слышу его ДОВоЛЬНЫЙ ХМЫК, И ЭТОТ ДЬЯВОЛЬСКИЙ взГЛЯД.

А затем до слуха доносится, как расстегивается его ремень, как трещит молния на джинсах. И когда он входит в меня резко, одним толчком, я вскрикиваю, впиваясь ногтями в его плечи. — Тише, — рычит он, замирая на секунду, отпуская мои руки. — Тише, Карина. Слезы срываются из глаз. Бью его по груди, по плечам, по лицу, но он не двигается, ждёт чего-то. Смотрит на меня этим своим бешеным взглядом.

— Ненавижу, — повторяю я, задыхаясь от слёз.

Вопреки страху и ненависти, оно откликается. Моё гребаное тело меня предаёт! Как же я себя ненавижу. Жар разливается по венам, где-то глубоко внутри завязывается в тугой узел. Я зажмуриваюсь, пытаясь заглушить эти ощущения, но они только усиливаются с началом его движения. Ашер наклоняется, втягивает носом запах моей шеи, и из его груди вырывается низкий и гортанный рык. Чувствуешь? — шепчет он хрипло. — Чувствуешь, как твоё тело меня хочет? Можешь ненавидеть меня сколько угодно, Карина. Но ты моя. Его слова бьют наотмашь. Я открываю глаза и смотрю на него. На его разгорячённое лицо, на жёлтые глаза, горящие в темноте и на сжатые челюсти. И что-то внутри меня ломается. Моё тело расслабляется, поддаётся ритму. Руки, которые только что царапали его плечи, теперь скользят по ним, ощущая жар кожи под пальцами. Я чувствую, как его мышцы напрягаются при каждом движении, как тяжело он дышит, как его сердце колотится в такт моему.

— Ашер... - выдыхаю я, не зная, зачем зову его.

Будто бы все чувства накаляются до предела. Его запах становится сильнее, вбирается в мои лёгкие. Ощущения на коже настолько чувствительны, что я не могу сдерживать стоны. Он поднимает голову и смотрит на меня. В его глазах мелькает удивление, смешанное с диким желанием. — Что? — рычит он, сбивая дыхание.

Я не отвечаю. Вместо этого я обхватываю его шею руками и притягиваю к себе. Наши губы встречаются, и этот поцелуй не имеет ничего общего с тем, что было в раздевалке. Он жёсткий и голодный. Он пахнет кровью с моей разбитой губы и его слюной. И мне плевать. Ашер рычит мне в рот, и его движения становятся резче. Я вцепляюсь в его волосы, тяну их, царапаю затылок, и он громко стонет, срываясь на рык. От этого звука у меня темнеет в глазах, и я выгибаюсь, принимая его глубже. Чёрт, Карина...