Книга Выживший из Атлантиды, страница 3 – Ксения Пфаненштиль

Грязь, смешанная с кровью, испачкала его одежду, лицо и волосы. Казалось, что склонившийся перед угрозой смерти – обычный юноша со светло-голубыми глазами.

— Вождь! – вмешался один из воинов, обращаясь к дикарю, ведущему допрос.

— Взгляните, рисунки на его теле! – в спешке приближаясь, продолжал он. Вождь схватил за плечи обессиленного юношу.

— Ты один из тех, кто пришел из больших вод! – утвердительно воскликнул вождь.

«Откуда они знают? Что столь необразованные люди могут знать о моем народе?» – удивленно подумал юноша, провалившись в забытье. Он уже не слышал, как вождь приказал отвести его к шаманке их клана. Когда-то она велела приводить всех чужаков, пришедших из больших вод.

«Минувшие годы обернулись бесконечной рекою, в которой я плыву, не в силах сопротивляться течению. Нет шанса на спасение, никто не подаст руки, которая спасет меня из водной пучины. Каменистое дно, которое изрезает мне ноги до глубоких ран, когда я пытаюсь остановиться и воспротивиться воле несущего меня потока…»

В раннее утро, когда солнце только легким светом намекало, что намеревается взойти сегодня и весь день, припекая, красоваться на небосводе, Эхо, как он сам себя называл, делал очередную запись в своей тетради. Он старался экономить листы, что-то записывал только один раз в месяц или два. Сегодня был именно такой день. Он потерял бдительность, и разведчики схватили его.

В шатре пахло травами и цветами, Эхо тогда впервые увидел настоящего земного шамана. Ее тело было расписано подобно его собственному, но знаки и рисунки отличались. У нее были густые рыжие волосы и зеленые глаза. Небольшой рост казался еще меньше под нелепыми одеяниями. На руках и ногах были надеты браслеты со звонко звенящими колокольчиками.

Рядом с меховой шкурой, на которой он лежал, была его тетрадь, не тронутая руками дикарей.

Тело болело, сквозь силу он привстал на локти и огляделся вокруг.

— Почему Эхо? – неожиданно спросила рыжеволосая женщина, поднося к юноше чашу с водой и чистыми тряпками, желая сменить повязки. Едва заметив, что его тело нагое, лишь немного прикрыто другой, более маленькой шкурой, он осмотрел свои раны и ослабленно лег на жесткую подушку.

— Тебе повезло, что именно наш клан схватил тебя! – сделав замечание, шаманка начала менять повязки на руке.

Эхо был удивлен исходящему от нее теплу и заботе. Но откуда они знают, кто он? Он молча, не проронив ни звука, наблюдал за ней.

— Не доверяешь, значит? Это хорошо! В наше время доверять опасно!

За стенами шатра слышалась музыка, веселый смех и разговоры. Еще никогда он так близко не находился среди дикарей. Научиться понимать их ему было достаточно. Но беседовать с ними было не о чем.

— Ты красиво рисуешь! А вот на каком языке пишешь, непонятно! – честно призналась женщина, смотря ему в глаза.

Несколько дней она ухаживала за ним, приносила еду. Рассказывала истории их клана, о вражде, мире, войне, любви и смерти. Не требуя взамен никаких рассказов и слов от него. Он слушал, желая довериться чужой, не похожей на него женщине. Каждое его желание заговорить с ней пресекалось острыми воспоминаниями о том, как его схватили люди ее народа, пытали и били, не ведая зачем.

Спустя еще несколько дней она принесла ему чистые одежды и шкуры, чтобы было тепло. Попросила прогуляться с ней, выводя его из хорошо уже освоенного им шатра, в котором он не был против воли, но и выходить не хотел.