Онлайн книга «Дом там, где твое сердце»
|
— Тебе придётся, – так же тихо и напряжённо отозвался Марис, – ты сама понимаешь. Сегодня самый подходящий день, чтобы смириться со своей судьбой. — Чтобы сделать тебе приятное? — Мне приятно и твоё наивное сопротивление тоже. Но однажды я преодолею его… — Нет, – Лиз помотала головой. – Ради Андреса я смогу быть стойкой. Она не получила ответа на свои бунтарские слова, а подняв голову, обнаружила, что находится в комнате одна. Марис ушёл. И неожиданно ей захотелось заплакать. Глава 22 Похоже, о любви люди начали думать почти сразу после зарождения человеческого рода. На самом деле в этом нет ничего удивительного, ведь без взаимного притяжения человечество так и закончилось 6ы на первом мужчине и первой женщине. Совокупление – естественный процесс, удивляло другое: зачем поэты всего мира так стремятся нагромоздить вокруг этого романтический ореол? Закрыв тонкий томик четырехстиший Омара Хайяма, два дня назад таинственно появившийся на её кровати, Лиз Линтрем задумалась. Всё это приятно и интересно, но неужели сотни лет назад живший поэт такие же чувства испытывал и к живым женщинам, а не только к эфемерным созданиям, сотворённым его воображением?.. — Masa'u Al-Khair, 'ibna. Элиза вскрикнула, заметив в шаге от себя опустившуюся в поклоне странную фигуру. И тут же устыдилась своей реакции – это был всего лишь старый Хусейн Лалие в своих пышных одёжках, которых на нём было надето, наверное, с десяток слоёв. К тому же, похоже, своим поклоном он выражал ей ничем не заслуженное почтение. Лиз начала выбираться из кресла, чтобы поклониться в ответ. — Добрый вечер, мсье Лалие, – пробормотала она. Коснувшись плеча девушки – Лиз показалось, будто её вдавило в кресло ураганным ветром, бьющим прямо в лицо, Хусейн попросил её не вставать. — Я, кажется, напугал вас, милое дитя. Так пусть моё поведение покажет всю глубину раскаяния, испытываемого мною… Лиз слегка наморщила лоб, не поспевая за цветистостью его оборотов. Настолько хорошо она французский не знала. А вот старик, похоже, владел языком в совершенстве. — Не то чтобы напугали… – Лиз в замешательстве потёрла пальцами лоб и призналась. – Да, немножко. Вы появились так неожиданно… Хусейн Лалие ласково улыбнулся ей, и Лиз пронзила странная мысль: а с чего она решила, что старик нелюдим и жесток? Помог же он ей сбежать неделю назад, хотя потом без всяких колебаний направил по её следам Мариса. Может, он просто легко поддаётся давлению? Тогда хорошо бы склонить его на свою сторону. И Элиза подарила Хусейну улыбку, которая помогала ей творить с мужчинами, словно с мягкой гончарной глиной, что угодно. — Вы тоже чувствуете себя одиноким в такие вечера, да, мсье Лалие? – жестом хозяйки Лиз указала на кресло напротив себя. – Прошу вас, присядьте, побеседуйте со мной. Время течёт так медленно… Хусейн Лалие сел, подобрав края всех своих одеяний, и стал похож на яркую летнюю бабочку в сердцевине цветка. — Медленно для одного, но оно незаметно, если влюблённые сидят рука об руку и смотрят в глаза… — Опять о том же! – Лиз в раздражении вскочила, но араб невозмутимо смотрел на неё снизу вверх своими тёмными глазами. – Да вы поймите, мсье Лалие, ваш Омар вовсе не собирается сидеть, держа меня за ручку! Он… — Откуда ты знаешь настоящие желания Омара, дитя? |