Книга Восстанавливая равновесие, страница 29 – Айрин Серпента

Светловолосый норвежец поставил корзину прелестных роз к её ногам.

— Я приношу искренние извинения за свой неэтичный поступок, подкуп вашего секретаря. Надеюсь, парень не слишком пострадал за свою жадность.

— Я сварила его в кипящем масле, – буркнула Нума прежде, чем успела подумать, что такое поведение не слишком подобает воспитанной даме.

Мужчина сверкнул в усмешке глазами.

— И поделом ему. Хватит ли у вас великодушия, моя королева, простить меня?

Критическое мышление Нумы выбрало этот момент, чтобы заработать вновь. Она постучала указательным пальцем себе по щеке.

— Когда вы так умно ставите вопрос… Не прощу – значит, недостаточно великодушна…

Собеседник улыбался ей.

— У меня за спиной сотни переговоров, моё сокровище.

— Ваше? – Нума приподняла брови, радуясь, что как раз вчера косметолог подправила их форму.

— Я был бы этому рад.

Он ждал высокомерных банальностей, призванных подчеркнуть её цену как особи женского пола. Нума оглядела его и вздохнула.

— За цветы благодарю. Но что вы от меня хотите? Ей-Богу, моя ценность как лоббиста сильно преувеличена, – голос её прозвучал жалобно.

— Могу я пригласить вас на пикник?

Женщина растерялась.

— Куда?

— Пикник. Трапеза на природе. В прибрежной зоне есть очень красивые места.

— Боюсь, что не можете, – Нума старалась не обидеть его своим отказом. – Община граничит с территориями, оккупированными турками. Среди них есть горячие головы. Я стараюсь не покидать поместья без охраны.

— И даже когда едете куда-то с друзьями?

Голос её звучал ровно:

— У меня нет друзей, господин Берндт.

— Понял. У королев друзей не бывает.

— Совершенно верно, – нагнувшись, Нума подняла корзину. – Ещё раз спасибо за цветы. Оставьте секретарю адрес своей электронной почты, она будет присылать на него моё расписание. Хотя никак не пойму, на что оно вам сдалось.

Норвежец пожал плечами.

— Не знаю пока, – он помолчал. – Детям действительно пригодятся эти деньги?

Нума непонимающе уставилась на него.

— Которые я дал Игнасиусу.

— Безусловно. Даже на Кипре, особенно в крупных городах, есть детские дома.

— Может быть, – снова пауза, – однажды вы возьмёте меня… в инспекционную поездку? Я мог бы сделать дополнительное пожертвование.

Свет озарил глаза Нумы.

— Ни один детский дом, господин Берндт, не откажется от спонсорской помощи. Это же дети, на них одежда словно горит. У вас есть дети?

Мужчина медленно покачал светловолосой головой:

— Нет. Я пока не женат.

— В таком возрасте? – неискренне удивилась Нума. – Неужели в разводе?

Эрик видел более чем ясно, что шпильками в его адрес Нума пытается исцелить какие-то свои раны. И зачем он будет причинять боль и без того страдающему человеку?

— Нет. Мне пока вступление в брак не интересно.

Нума завелась ещё больше, демонстрируя совершенно не характерное для себя поведение.

— Ну конечно, у вас нет отбоя от юных леди – или почти леди, желающих скрасить ваш досуг! Я даже не сомневаюсь…

Эрик дёрнул её к себе. Губы были мягкими, в меру влажными, сохраняли вкус жевательной резинки и горького кофе. Женщина, словно мышка, замерла от его поцелуев.

В висок Эрику ткнулось дуло пистолета.

— Немедленно отпустите госпожу Алессандрос или вы – труп!

Перспектива не вдохновила, однако – короткий взгляд – вокруг них собралось уже трое охранников, и все целились в Эрика.