Книга Барабаны осени, страница 477 – Диана Гэблдон

— Эмили? — переспросил Джейми, и Иэн усмехнулся:

— Так я ее называю, для простоты. А на самом деле ее зовут Вакьотейеснонха, Искусные Руки. Она и впрямь ловко обращается с ножом. Вот, подарила…

Он вытащил из сумки крошечную фигурку выдры из белого камня. Зверек был словно живой.

— Прекрасная работа. — Джейми погладил изогнутое тельце. — Похоже, ты девушке глянулся.

— Ну, мне она тоже нравится, — словно невзначай обронил Иэн, однако на щеках его вспыхнул яркий румянец, который нельзя было списать на морозный ветер. Кашлянув, парень поспешил сменить тему: — Она сказала, что совет охотнее склонится на нашу сторону, если мы дадим им попробовать виски. Если ты не против, я мог бы достать один бочонок, и мы устроили бы сегодня праздник. Эмили все организует.

Обдумав идею, Джейми одобрительно кивнул.

— Оставляю на твое усмотрение. Где — в доме совета?

— Нет, Эмили говорит, лучше в доме ее тетушки. Старая Тевактеньон — Красивая Женщина.

— Кто-кто? — удивленно переспросила я.

— Красивая Женщина, — повторил он, вытирая нос рукавом. — Самая влиятельная женщина деревни, которая решает, как поступить с пленными. Ее всегда называют Красивой Женщиной, какой бы старой и страшной она ни была. В наших интересах убедить Тевактеньон, что сделка будет выгодной.

— Полагаю, так ее прозвали пленники. Если твоя участь зависит от женской прихоти, эта особа наверняка покажется тебе красавицей, — иронично заметил Джейми. — Что ж, решено. Сам справишься?

Иэн кивнул. Я протянула ему опал.

— И спроси, пожалуйста, у Эмили, может быть, она знает, что это такое?

— Хорошо, тетушка. Ролло!

Он громко свистнул, и серый пес, подозрительно принюхивающийся к большому камню, подбежал к хозяину. Джейми хмуро проводил их взглядом.

— Саксоночка, ты, случайно, не знаешь, где спит Иэн?

— В каком доме — знаю. В чьей постели — нет. Есть у меня одно подозрение…

— Хммм… — протянул он, откидывая с лица волосы. — Ладно, пойдем, саксоночка, провожу тебя в деревню.

Праздник Иэна начался с наступлением темноты. Старейшины по одному приходили в длинный дом Тевактеньон, выказывая уважение шаману. Два Копья сидел возле центрального костра между Джейми и Иэном; позади них на бочонке с виски пристроилась невысокая миловидная девушка, должно быть та самая Эмили.

Кроме нее в праздновании принимали участие лишь мужчины. Впрочем, я все равно пришла — уселась в уголке возле костра поменьше, наблюдая, как две женщины заплетают связки лука в косы, и изредка перекидываясь с ними вежливыми фразами на дикой смеси английского, французского и наречия тускарора.

Мне предложили елового пива и какую-то кашу из кукурузной муки. Я с радостным видом приняла угощение, хотя желудок скрутило тугим узлом, и я при всем желании не смогла бы проглотить ни крошки. От сегодняшней импровизированной вечеринки зависело слишком многое. Роджер где-то здесь, в деревне; он жив и, надеюсь, здоров. Я повернулась в сторону самого большого костра. Отсюда виднелся лишь седой затылок Тевактеньон, но меня все равно пробрало дрожью, и я поспешно схватилась за амулет, спрятанный под рубашкой.

Когда все гости собрались, в середину круга вынесли бочонок и сбили с него крышку. Эмили встала рядом, держа тыквенный черпак.

Два Копья произнес короткую речь, и празднество началось. Девушка стала разливать виски, и делала она это весьма необычным способом: набирая в рот и сплевывая в подставленные чаши, которые тут же расходились по кругу. Я перевела взгляд на Джейми — тот сперва опешил, потом взял свою чашу и без колебаний осушил до дна.