Книга Стать хищной птицей, страница 193 – Кира Брайан

— Ну что ты такая довольная? – Глухарь улыбнулся ей. – Нехорошее тут место, сама видишь. Дурно мне здесь и голову мутит. – Он вздохнул и прикрыл глаза. – Гарью пахнет.

Выходить из машины все еще не хотелось, даже с учетом того, что время встречи уже наступило. Дождь только усиливался и прекращаться не собирался вовсе, стуча каплями по крыше машины. Глухарь сидел рядом с Плюшей, надеясь, что полегчает, вот только с каждой минутой становилось только хуже. Возможно, это из-за резкого запаха одеколона, которым обшикала его Сорока перед выходом. Она так старалась, что вылила на Глухаря почти половину бутылька. Черепную коробку словно разрывало изнутри, и стук в висках только усиливался. Собравшись с духом, он решил поскорее закончить с этим и, как можно быстрее, вернуться в Гнездо.

— Ну, давай, родная, не скучай, – он еще раз почесал собаку за ухом. – Охраняй машину.

Глухарь оставил небольшой зазор в окне, чтобы Плюше поступал воздух, и направился к забегаловке, утопая кирзовыми сапогами в грязных лужах. Деревянная дверь противно скрипнула, словно кто-то провел ногтем по оголенной кости. Обеденный зал освещался желтой лампой, и глаза Глухаря заныли от неестественного освещения, от которого он отвык за долгие годы. Огинского Глухарь увидел издалека, потому что тот был единственным посетителем забегаловки, и, сопоставив внешность мужчины с описаниями Щегла, Глухарь уверенно подошел к деревянному столу, что стоял почти в самом углу.

— Добрый день, Павел Викторович. – Он сел напротив Огинского за массивный деревянный стул.

Огинский оживился, сверкнул глазами и кивнул Глухарю, будто ждал этой встречи так долго. На столике лежали два буклета с перечнем блюд и стоял чайник чая. От чая пахло бергамотом и ягодами, а с кухни доносился запах жареного мяса. Глухарь поморщился. Он уже так давно пристрастился к натуральному чаю, который заваривал из насушенной травы, и от любого другого его попросту воротило.

— Здравствуйте. – Огинский расплылся в широкой улыбке и двинул меню Глухарю. – Заказывайте, я угощаю.

— Благодарю, но я бы предпочел отказаться. – Глухарь почтенно кивнул.

Что-то было не так. С самого начала его смущала какая-то маленькая деталь, до которой никак не получалось докопаться из-за завесы перед глазами. В конце концов, Глухарь спросил:

— На чем вы добрались?

— Сегодня решил воспользоваться такси, ведь автобус не ходит по этой трассе.

Глухарь нахмурился. Казалось бы, что плохого в том, что человек приехал сюда на такси за неимением иных способов? Только вот Огинский сам выбрал это место, и в его праве было указать любое другое, чтобы не пришлось тащиться в такую даль. Он мог бы предложить встретиться хоть во дворе собственного дома, и Глухарь бы принял это условие безоговорочно. Но Огинский выбрал далекий кабак, в который, казалось, уже давно никто не заходил. Глухарь мог бы позволить этой мысли развиться в полноценную теорию, но голова была настолько мутной, что сил хватало лишь на то, чтобы просто попросить Огинского об одолжении.

— Перейдем сразу к делу?

— Конечно! – Огинский вскинул руки.

Несмотря на пульсирующую головную боль, Глухарь все же собрался с мыслями и постарался изложить Огинскому все максимально ясно, но в то же время сохраняя завесу тайны над всеми делами Птиц.