Книга Стать хищной птицей, страница 236 – Кира Брайан

— Я замерзла. – Сорока скрестила руки на груди.

— Возьми мою куртку. – Щегол обернулся на нее. – Или можешь подождать в какой-нибудь кафешке, пока я обойду здесь район.

— Да ладно. – Она слегка улыбнулась. – Я замерзла не так сильно. – Сорока подошла к Щеглу и взяла его под руку.

Каждый символ Птиц, что встречался им по пути, был закрашен черной или красной краской. Зрелище было не из приятных, особенно если вспомнить, как в первый день Щегол собирал по ним свою собственную карту для встречи с Соколом и Ласточкой. Его восхищало и будоражило происходящее вокруг, хоть и тоска расползалась по телу. Раньше Щеглу казалось, что Птицы надежно укрыли крыльями свой город, что никто не сможет изменить это и вывести из строя механизм, который прекрасно работал. Но Щегол ошибался. Нашелся человек, который долгие годы высчитывал свою стратегию. И этот человек был в шаге от победы. Сейчас не осталось ничего, кроме страха и звериного желания вгрызться в горло тому, кто все это рушит. Все, что они строили так долго, уничтожено буквально на глазах. Непосвященный человек даже никогда не узнает, что на его глазах рухнуло что-то важное. И только тот, кто был причастен к истории Птиц, мог видеть лишь лоскутки, разлетающиеся по ветру, которые когда-то были величественным полотном. Щегол задержал взгляд на сером здании с синей вывеской.

— Я зайду. – Он двинулся в сторону двери, но Сорока мертвой хваткой вцепилась в руку Щегла.

— Не смей! Он и тебя убьет. Ты забыл, что он окончательно ебанулся?

— Он ничего не сделает мне в милицейском участке. Он не настолько идиот, чтобы устраивать бойню на глазах у всех. – Щегол остановился перед Сорокой и обхватил ее за плечи. – Помнишь, что я обещал? Я тебя не оставлю.

Сорока отвела взгляд в сторону и позволила Щеглу уйти. Встретиться с Огинским в участке было спонтанным и даже импульсивным решением. Но Щегол не мог не поддаться ему и не пойти на поводу у собственных эмоций, что лились через край от одной только мысли об Огинском. Дверь протяжно скрипнула, и глазам потребовалось время, чтобы привыкнуть к слабому освещению. Мрачные коридоры, потертая краска на стенах и едкий запах пыли и железа сопровождали Щегла до самого кабинета, что находился в самом конце. Безо всякого плана и подготовленной речи, лишь с желанием осыпать Огинского обвинениями, Щегол влетел в кабинет. За столом его встретил чужой мужчина, что не меньше Щегла был удивлен внезапному появлению незнакомца.

— Я могу вам чем-то помочь? – Мужчина любезно поднялся из-за стола.

— Да, можете. – Щегол прервался, чтобы перевести дыхание. – Подскажите, где я могу найти Павла Викторовича Огинского?

— Здесь я вам абсолютно бесполезен. – Он пожал плечами. – Павел Викторович уволился на днях. Теперь я вместо него. А с каким вы запросом?

Щегол ничего не ответил, кивнул и вышел за дверь. Подчистил за собой все следы. Если раньше Огинский всюду бегал за Птицами и желал быть ближе к ним, то теперь, когда маски сняты, Птицы сами вынуждены искать встречи с Огинским. Такая игра в салки рушила всю картину, которую успел нарисовать в голове Щегол. Друг за другом можно было бегать сколько угодно, попутно теряя все больше людей. У Огинского определенно была какая-то цель, вот только Щегол так и не смог ее увидеть. Трудно бороться с кем-то, не зная его лица, но еще труднее сражаться с человеком, не понимая, ради чего это сражение. Разочаровавшись, Щегол вышел на улицу к Сороке.