Книга Гектор, страница 61 – Ольга Дашкова

А когда он подхватил меня здоровой рукой, он резко вошел в меня, дыхание перехватило, мир сузился до единственной точки, где наши тела соединялись. Я обхватила его руками и ногами, вцепилась в плечи, в спину, чувствуя, как каждое движение выбивает воздух из груди.

Это не было нежностью. Это было чем-то более правдивым, когда два человека, которые только что выжили в разных концах города, теперь убеждались друг в друге через тело, потому что слова были слишком медленными для того, что нужно было сказать.

— Сильнее, — прошептала я ему в ухо. — Сильнее… м-м-м…

Он дал сильнее.

Не сдерживала звуки, которые выходили сами: стоны, дыхание, все, что обычно держала под контролем семь лет вместе со всем остальным. Сегодня контроль был не нужен. Сегодня было можно.

Я кончила первой, боль и удовольствие пронзили тело, он не остановился, продолжал двигаться сквозь мою дрожь, пока сам не сорвался с тихим, почти сдавленным звуком, прижавшись лицом к моему плечу.

Мы замерли.

Дыхание тяжелое у обоих. Я чувствовала, как по щекам снова текут слезы, теперь другие, не от горя и не от облегчения отдельно, а от того, что все это реально. Он жив. Я жива. Семь лет закончились настоящим образом, не в теории.

Гектор медленно поставил меня на пол, не отпуская. Прижался лбом к моему лбу. Теплая кожа, дыхание, которое выравнивалось постепенно.

Я провела пальцами по его щеке, по щетине, по тому самому шраму над бровью, который изучала издалека еще в досье, а потом вблизи, бесчисленное количество раз с тех пор.

— Ты вернулся, — сказала тихо.

— Я вернулся.

Больше ничего говорить не требовалось.

Мы стояли так долго, среди разбросанной одежды, в холодной квартире, которая на эту ночь стала нашим домом просто потому, что мы оба были живы. Его сердце билось у моего виска. Мое отвечало в том же ритме.

Все закончилось?

Или все только начиналось?

*Гектор*

Проснулся от боли в плече.

Тупой, пульсирующей, той, которая означает, что рана заживает не так, как должна. Открыл глаза в темноте, лежал секунду, разбираясь в ощущениях. Что-то влажное под боком. Я знал это ощущение слишком хорошо, чтобы спутать с чем-то другим.

Кровь.

Двинулся осторожно, освобождаясь из-под руки Норы, которая спала, прижавшись к моей здоровой стороне. Она не проснулась, дышала ровно, глубоко, побежденная тем сном, который бывает после ночи, которая забрала все, что было накоплено за неделю напряжения.

Сел на краю кровати, посмотрел на простыню.

Темное пятно расползлось значительнее, чем хотелось бы видеть. Повязка съехала, я проверил пальцами в темноте, кровотечение не сильное, но достаточное, чтобы понять: вчерашнее не прошло бесследно. Резкие движения сделали свое.

Встал тихо, прошел в ванную, не зажигая верхний свет. Включил маленькую лампу над раковиной, снял повязку, посмотрел на рану.

Придется зашивать, надо было сделать это еще вчера.

Сам обработал антисептиком, достал новую повязку из аптечки, которую Нора оставила на полке, стянул туже, чем вчера. Руки работали привычно, тело знало эту процедуру, я делал это не первый раз в жизни. Боль отступила до терпимого уровня.

Посмотрел на себя в зеркало.

Усталое лицо, темные круги под глазами, щетина гуще обычного. Но что-то еще было в этом отражении, то, чего я не видел в себе много лет. Не знаю, как назвать точно. Спокойствие, может быть, или его подобие.