Книга Гектор, страница 64 – Ольга Дашкова

Гектор стоял у окна и смотрел на улицу, пока я работала. Не мешал, не торопил. Я чувствовала периодически его взгляд на спине, коротко, как проверяют периметр.

— Они в городе, — сказала. — Транзакция по карте два часа назад. Ресторан в двух кварталах отсюда.

Он не обернулся сразу. Смотрел в окно еще секунду, потом повернулся.

— Сколько времени у нас?

— Не знаю точно. Если они работают ночью, то несколько часов. Если нет — меньше.

Кивнул, я видела, как он просчитывает — то же движение, которое я научилась читать за эти дни, едва заметное, внутреннее, голова работает, пока лицо остается ровным.

— С плечом бежать хуже, чем встретить здесь.

— Я думала то же самое.

Он быстро посмотрел на меня, что-то мелькнуло в его глазах, что я не сразу прочитала. Потом понял, что я говорю именно это, а не пытаюсь его успокоить, кивнул снова.

Начали готовиться.

Это происходило почти без слов, каждый делал свое, как делали все это время. Я проверяла архив на наличие дополнительных данных о паре, он осматривал квартиру с профессиональной методичностью, которую я видела впервые в таком контексте: трогал стены, проверял окна, смотрел на углы входов. Создавал в голове карту, которая потом станет тактикой.

Через двадцать минут у меня было больше.

Мужчина — Сергей Гагарин, бывший спецназовец, специализация — прямой контакт. Женщина — Алина Терех, чистильщик, убирала следы после операций, которые не должны были существовать. Вместе работали трижды за последние шесть лет, все три раза результат был чистым.

Я нашла их последние фотографии, показала Гектору. Он смотрел несколько секунд, запоминал, я уже знала, что он запоминает лица с первого раза, это не нужно было проверять.

— Гагарин пойдет первым, — сказал Гектор. — Женщина прикрывает и работает по второй цели.

— По мне.

— Да.

Я думала об этом. Почти не испугалась, что-то похожее на страх было, но под ним работала голова, которая оценивала расстановку. Женщина против женщины. Алина Терех весила килограммов шестьдесят пять, судя по фотографии, двигалась профессионально, судя по описанию операций. Я не боец.

Но я знала квартиру лучше, чем она.

— Плечо?

— В порядке.

— Гектор.

— Надо зашить, справишься? — взял аптечку, протянул мне. Он научился принимать помощь, раньше не принимал, я заметила разницу.

— Да.

Руки не дрожали, я знала, что ему больно, но Гектор не проронил ни звука, это восхищало. Закончила, перевязала заново.

— Спасибо, — долго смотрел в глаза, и этот взгляд значил больше, чем слова.

Приготовили квартиру, насколько это было возможно с тем, что было под рукой. Гектор знал, что делает, я следовала его указаниям без вопросов: что куда поставить, где встать, что использовать как прикрытие. Тяжелый стол от окна, кресло в угол, свет только один, дальний.

Мертвый угол камеры в коридоре он определил за минуту.

— Они войдут через дверь или окно, — сказал. — Третий этаж, окно вероятнее для подстраховки. Дверь основной путь. Гагарин через дверь, он прямой, это его стиль по операциям. Терех через окно или уже внутри к тому моменту.

— Она могла войти раньше.

— Могла. Проверяла место днем, пока мы не знали.

Я смотрела на дверь и думала об этом. О том, что два профессиональных человека, которым заплачено и которым нечего терять, идут сюда сейчас, в эту ночь, и что мы с Гектором — один с раненым плечом, вторая никогда в жизни не участвовавшая в прямом столкновении — готовимся их встретить.