Книга Искатель 24, страница 18 – Сергей Шиленко

Но разница была колоссальной. Моя жена-диверсантка хранила свой секрет, чтобы защитить нас, она не открывала двери врагу, не ставила под удар моих детей и беременных женщин. Её ложь стала тяжёлым, но необходимым щитом, а ложь Зелиз — клинком в спину.

Надо отдать предательнице должное, после провала она сотрудничала с нами на все сто процентов, выложив всё, что знала, без утайки. Когда мы в рамках Теневого крестового похода предложили ей на выбор гнить в камере или отрабатывать вину в полях Вольного под присмотром, она схватилась за эту возможность как утопающий за соломинку.

Я медленно выдохнул, прогоняя из груди остатки гнева. Эмоции сжигали выносливость, а она мне ещё понадобится.

— Дело не в прощении, Зелиз, — мой тон стал чуть ровнее, но льда в нём не убавилось. — Дело в доверии, а его не восстановить. Я не могу рисковать своими людьми дважды.

Развернулся и сделал несколько шагов прочь, чувствуя спиной её отчаяние, но потом всё же остановился, не оборачиваясь.

— Ты вкалываешь на полях, пытаясь искупить свою вину, и это заслуживает признания, — бросил я через плечо. — Система любит равновесие. Как только окончательно сотрём Консорциум с лица земли, ты доработаешь оставшийся срок за своё преступление. После этого с тебя снимут статус пленницы и разрешат вернуться домой, к своему улью, но я позабочусь о том, чтобы твоя королева узнала всю правду о том, как именно ты пыталась их спасти. Пусть она сама решает твою судьбу.

Немного помолчал, слушая тихий шелест ветра и сдавленные всхлипы.

— А лично я надеюсь, что больше никогда тебя не увижу.

Я двинулся дальше к центру поселения, ни разу не оглянувшись. За спиной всё также слышались приглушённые рыдания, но во мне они не вызывали ни капли сочувствия.

Холодная звенящая пустота — вот и всё, что осталось на том месте, где раньше жило доверие к этой девчонке-пчеле. Только безжалостный прагматик может здесь защитить тех, кто действительно дорог. И если ради безопасности семьи потребуется вырвать из груди старую привязанность с корнем, я сделаю это, не дрогнув.

Зелиз была верной правой рукой Мэриголд, моей любовницей, практически частью нашей семьи. И что в итоге? Она впустила грёбаных волков прямо в наш дом, помогла похитить Мэриголд и маленького Марка. Эта сука чуть не уничтожила всё, что я с таким трудом построил в этом мире!

Во рту стало гадко. Предательство всегда оставляет послевкусие гнили на языке.

Очутившись на улицах Вольного, я глубоко вдохнул, пытаясь прочистить лёгкие, и тут же заметил её.

Зара стояла, прислонившись к деревянной стене здания, и внимательно наблюдала за моим приближением. Лицо гоблинши оставалось спокойным, почти непроницаемым, но я слишком хорошо её знал.

— Ты поговорил с предательницей, — не спросила, а утвердительно произнесла она, когда я подошёл ближе.

Я повёл плечами, сбрасывая невидимый груз, словно тяжёлый плащ после долгого перехода.

— Она имеет право знать, что её улей свободен, — глухо ответил я, вспомнив полный душевной муки взгляд пчелодевушки.

— Я так не думаю, — Зара прищурилась. — Ты, конечно, совершил добрый поступок, но я совсем не уверена, что она это заслужила.

— Может, и так, — подумал я. На Валиноре доброта часто обходилась слишком дорого, и порой расплачиваться за неё приходилось жизнью. Я снова пожал плечами, чувствуя тянущую усталость в мышцах.