Книга Измена. Любовь адвоката, страница 53 – Анна Гром

— Май, это будет бомба, ты понимаешь? Тут не только конкретно личность Шу рассматривается, но и одно интересное социальное явление в целом. Понимаешь меня?

Психологи без образования, коучи, гуру эзотерических знаний с сертификатами заполонили медийное пространство, и эта тема звучала как нельзя остро. Моя начальница точно не обойдёт стороной такой материал.

— Меня смущает имя Ланского в материале. Я знаю, что он твой муж, и как я поняла, у вас с ним сейчас тёрки. Это невероятно ценно, что ты добавила личную историю в этот материал, но он работает в прокуратуре и ты понимаешь, что без доказательств нас натянут по самое не хочу.

— У меня есть доказательства, Ларис. Видеосъёмка в общественных местах и мои личные свидетельские показания.

— Я даже не знаю, как это может обернуться.

— Если боишься, пойму. Я солью всё в интернет, на ютуб, в инсту, везде. Так что смотри сама. Хочешь горяченького, бери, – продавила я. Отказ начальства не сыграет большой роли в моём плане. Тут скорее на кону моя репутация, как журналиста. Но даже если это будет последний материал в моей карьере, я всё равно не откажусь от этой затеи.

— Ладно, кидай.

За что я уважала Ларису, так это за умение рисковать и порой лютое бесстрашие. В девяностые таких как она расстреливали у подъездов. Один пункт плана у меня выполнен. Далее у меня созвон с моим айтишников для организации атаки ботов на её соцсети. Да, я действовала не совсем законно, но кто меня поймает за руку? Потом списаться и скинуть материалы блогерам-ютуберам, которые занимаются разоблачениями и уже потирают руки в ожидании вкусного материалы.

Я не взяла за свой материал ни рубля. Моё удовлетворение не измерить в деньгах.

Этим вечером я даже домой не заходил. Ничего не проверял, не улучшал. Пусть инспектор увидит всё без купюр и без прикрас. Я дома практически теперь не живу, Алёнка тоже чуть ли не на чемоданах с няней. Вся моя квартира теперь отражение её временной хозяйки, точнее оккупантки.

Инспектора я встретил у подъезда и проехал с ней на лифте до квартиры. Женщина показалась мне серьёзной и опытной, с намётанным глазом. Такую не проймёшь дешёвыми выступлениями. Признаюсь, даже я робел перед ней. Она уже в подъезде включилась: осмотрела охраняемый вход, поздоровалась с консьержем, убедилась, что в подъезде и лифте работают камеры. Да-да, ролик с Юлькиными похождениями не монтаж, любая экспертиза подтвердит. Пропустила меня вперёд, подала знак, чтобы я открыл дверь.

Юля, одетая в шёлковый пижамный костюм и профессионально накрашенная, встретила «гостя» с бокалом игристого в руке. Я с нескрываемым удовольствием наблюдал, как размалёванная улыбка медленно сползала с лица жёнушки, когда она увидела, что со мной тут не весёлая компания, а серьёзная женщина.

— Здравствуйте. Я Логинова Мария Ивановна, инспектор отдела опеки и попечительства города Санкт-Петербурга, – инспектор показала удостоверение и красноречиво уставилась на бокал в руке Юлии.

— По какой причине, позволите узнать, вы сюда пришли? – Юлия сразу же встала в агрессивную позу. Интересно, хоть немножко чухнула, чем дело запахло?

— По жалобе вашего супруга Олега Юрьевича Шумского.

Юлия бросила в мою сторону уничтожающий взгляд. Думала, я блефую?

— Я имею полное право запретить вам войти. – Я усмехнулся. Что поделать, жена адвоката. Только вот умишка не хватает правильно употреблять формулировки.