Книга Windows. Окна Большого города, страница 121 – Марина Белкина

Как только горы Максвелла остались позади, на горизонте возникла полоска света. Небо просветлело, и вскоре стало желтым, как и на той стороне, за горами, но невероятно ярким, словно предрассветным, хотя солнца и не было видно. От вида этого ярко-желтого неба и на душе моей стало светло. Изменился и ландшафт планеты. Кратеров не было видно, скорее, похоже на равнину, хотя и без растительности.

— Другой мир, – выдохнул я. – Словно мы и не в Аду. Кто бы мог подумать, что эта планета может быть такой.

— Эта планета не имеет собственного света. Лишь отражает чужой. Кто знает, чей свет отражает это место?

Ветер никак не давал СССР-Б-52 причалить, но наконец нос дирижабля, похожего на большую рыбу с маленькими плавниками, уперся в причальную мачту. «СССР-Б-52» доставил меня в Бухту Перерождения. Тот же самый дирижабль, что принес меня в Ад. Это-то и было самым удивительным.

Лифт причальной мачты опускал дирижабль. Гондола коснулась земли.

— А может, останешься, друг? – спросил Харон, когда мы десантировались. – Я тебя всему обучу. Станешь настоящим аэронавтом.

Ветер развевал его черные волосы. Ветер дальних странствий, невероятных путешествий и приключений. Причаливший дирижабль медленно поворачивался вокруг причальной мачты, как флюгер. Прекрасный, словно неземное существо. Дрейфовать на таком после смерти над планетой, которая сверху похожа на лоскутное одеяло, мягкое и уютное, между Адом и Раем, по волнам моря, структура которого такова, что оно переходит в небо, стоит подняться выше. Фантомная боль на дне теневой оболочки сжалась узлом. Я покачал головой.

— Я должен вернуться.

Климат по другую сторону гор явно изменился. Стало прохладнее, ветренее, море не так пахло серой и было похоже на привычное земное море. Я окинул взглядом пустынный берег. У самой кромки моря, словно антенна, возвышалась еще одна причальная мачта, а перед ней я заметил строение в виде куба из стекла. Куб это светился желтым светом, и я понял с неотвратимостью, с которой вдруг понимаешь, как решить задачку, что все никак не давалась, – именно этот стеклянный куб и освещает все вокруг, как солнце. Именно из-за него небо выглядит таким ярко-желтым. Небо на планете, которая погрузилась в ночь. И серой пахнет меньше тоже именно из-за этого светящегося, как солнце, куба.

— Мощные лампы установлены в этом стеклянном доме, – криво улыбнулся я.

Харон взглянул на меня своими веселыми глазами.

— Это не дом, пострел. Это таможня.

Я подумал, стоит мне войти, и я вмиг ослепну. Как минимум из-за такого яркого света будут болеть глаза. Но внутри стеклянного светящегося куба мне, напротив, стало спокойно и уютно. На входе стояла рамка металлодетектора. Я прошел сквозь нее и увидел багажную ленту. На встречу мне вышла дама. Она сидела за монитором компьютера за стеклянной перегородкой и, по всей видимости, досматривала багаж. Сначала мне показалось, что не сидела, а стояла – Мико, суицидальная хостес с седьмого этажа, была высокой, но эта дама казалась самой высокой, кого я вообще видел при жизни и после смерти. В два человеческих роста, она едва не задевала потолок стеклянного куба золотым венцом, похожим на корону. В черном плаще с капюшоном, похожем на инквизиторский, дама опиралась на меч с золотой рукояткой. Бледное лицо с правильными чертами было благородным и совершенно бесстрастным.