Книга Убей любимых, страница 42 – Л. Э. Харпер

Где-то на полпути все изменилось. Я споткнулась и упала, и больше не пыталась подняться. Ничего особенного. Я просто… перестала справляться. С карьерными возможностями, с поддержанием отношений с друзьями, с заботой о своем здоровье. Даже простейшие задачи вроде выхода за пределы квартиры стали непреодолимыми препятствиями.

Я укрылась в другом мире, как в уединенном убежище. В этом мире. И, подписав договор на издание книги, думала, что все станет по-другому.

Невелика сила – рассказывать истории, но когда написанное тобой читают миллионы людей, эта сила растет. Я хотела создать историю о прощении, надежде и искуплении.

А потом хладнокровно убила своих любимых. Почему?

«Это была не я. Я их не убивала, это сделал Залор. Все еще может сделать, если я ему не помешаю».

Я понимаю, что впала в какое-то задумчивое оцепенение. Тряхнув головой, я выбираюсь оттуда. Осознаю вокруг себя Солеру и вижу, что Вален за мной наблюдает.

— Извини, – бормочу я.

— Не хотел прерывать твоих размышлений. У тебя так знакомо блестели глаза. – Его грудь вздымается и опадает в неслышном вздохе. – Я почти поверил, что она вернулась.

У меня поникают плечи. Почему у него так много власти надо мной? Как он может вызывать такую мучительную тягу к себе и в тот же миг ранить меня в самое сердце?

Я отворачиваюсь, чтобы уйти.

— Тебе стоит проведать войско. А мне удалиться.

Прежде чем я делаю первый шаг, он мягко придерживает меня за руку. Я с колотящимся сердцем оглядываюсь на него.

— Я поручил сегодняшние заботы генералу Праксусу, – говорит Вален. – У нас с тобой есть дела.

— Дела? – Голос у меня постыдным образом осип.

— Ты ведь сама сказала: нам нужно подготовиться к победе в этой войне без Кайлы или ее магии. Судя по твоим описаниям, нас ждут месяцы изнурительных кровопролитий. – Я киваю, утопая в его взоре. – Значит, тебе нужно уметь защищать себя, а мне нужно убедиться, что ты способна поддерживать образ Кайлы Старблэйд.

Вален шагает к зарослям высокого бамбука неподалеку. Сверкнув разрядом, он срезает два стебля и ловко их подхватывает. Очищает ножом, снятым с пояса, отсекает пушистые верхушки и отдельно растущие листья и остается с двумя заточенными палками в руках.

Одну из них он бросает мне. Я непроизвольно тянусь за ней и неуклюже ловлю.

— Кайла – опытный мечник, – говорит Вален, принимая боевую стойку напротив меня.

— Мечница, – поправляю я.

Его губ касается тончайшая почти-что-улыбка.

— Мне ли не знать, – негромко отзывается он, и от его бархатного тона я покрываюсь мурашками от носков до макушки.

Я вступаю в опасную игру. Хватит ли мне глупости поверить, что Вален способен влюбиться в меня после того, как я перевернула его жизнь и подменила душу его второй половинки? Даже если и способен (хотя это не так, потому что он безгранично предан ей), счастливой развязки тут быть не может. Как и все мои вероятные отношения на Земле, эти обречены на провал.

— Повтори мою стойку, – командует он, снова сама серьезность. – Кисть наружу, локоть внутрь. Колени присогнуты, ступни под прямым углом.

В юности я брала уроки фехтования. Но это было годы назад, в другом мире. В другой жизни. Прошла уйма времени с тех пор, как я увлекалась чем-то, кроме писательства.

И все же, как только я переношу вес c одной ноги на другую, тело само принимает когда-то заученное, но давно забытое положение. Меня впервые поражает, насколько разная физическая форма у Кайлы и земной меня. Она проводит жизнь, заклиная и сражаясь, пока я просиживаю свою, сгорбившись перед компьютером. К тому же она младше на одиннадцать лет. Я чувствую, как легко у нее сгибаются колени, – такого мое настоящее дряхлое тридцатиоднолетнее тело ни за что бы не позволило.