Книга Лилии над озером, страница 64 – Роксана Гедеон

В какой-то миг генерал, видимо, счел, что настал час решительных действий и поднялся на второй этаж, где заседали Советы. Желая разъяснить депутатам свои намерения, он нарвался на страшный прием: якобинцы бросились к нему, норовя вцепиться в горло.

Громовой рев потрясал своды:

— Вне закона! Вне закона!!!

В воздухе заблестели кинжалы. Гренадеры, закрыв Бонапарта собой, вывели генерала из зала. Под их прикрытием ему удалось уйти от атакующих депутатов, получив лишь несколько тумаков и отделавшись разорванной одеждой. Впрочем, сцена была для него по каким-то причинам так ужасна, что он пережил нечто вроде эпилептического припадка. В полуобморочном состоянии солдаты доставили его в кабинет на первом этаже. Вскоре к нему прибежал и Люсьен, заявляя, что управлять депутатами он более не может и декрет об объявлении Бонапарта вне закона вот-вот будет проголосован.

— А ведь именно это привело Робеспьера на плаху, - обронил кто-то из присутствующих.

Ряды заговорщиков стали стремительно редеть. Генерал говорил бессвязно, называл аббата Сиейеса «генералом» и выглядел полным невротиком. Многие из тех, кто его доселе поддерживал, сочли нужным исчезнуть. Талейран, Сиейес, Дюко, Люсьен, Мюрат, Ожеро - тех, кто остался, можно было бы пересчитать по пальцам…

В самый последний миг, когда, казалось, все вот-вот будет потеряно, к Бонапарту вернулись ясность ума и присутствие духа. Бряцнув саблей, он бросился во двор, к войскам. За ним по пятам следовал младший брат. Обратившись к солдатам, генерал призвал их очистить законодательный корпус от «кучки бешеных». Для солдат, возможно, генеральский призыв сам по себе был бы сомнителен, но, подкрепленный присутствием Люсьена - официального председателя Совета пятисот, он возымел действие.

Загрохотали барабаны. Под их неумолкаемый грохот генерал Мюрат и его гренадеры ворвались в зал заседаний.

— Вышвырните-ка мне всю эту публику вон! - прокричал Мюрат, добавив непечатное словцо. Не сегодня-завтра он планировал жениться на сестре Бонапарта Каролине и, таким образом, воспринимал возможный успех будущего шурина как собственный путь к возвышению.

Депутаты, столь смелые в обращении с Бонапартом, увы, проявили трусость, столкнувшись с гренадерами Мюрата. Никому и в голову не пришло сопротивляться: все разбежались за какие-то пять минут, просочившись в любые щели и даже попрыгав из окон. Тех, кто был пойман, заставили проголосовать за декрет об учреждении консульства. Народное представительство, с которого, собственно, и началась во Франции революция, было растоптано и унижено 19 брюмера в Сен-Клу - по сути, от него осталось мокрое место.

Впрочем, никто не был убит. Не было даже раненых. Церемония разгона парламента прошла без единого выстрела - достаточно оказалось угроз и барабанного боя, а нервное замешательство Бонапарта лишь добавило анекдотичных штрихов к общей бесславной и жалкой картине.

Поздно ночью новоявленные правители - Сиейес, Дюко и Бонапарт - принесли присягу. Что они предложат Франции, какие законы составят, на какую конституцию будут опираться - этого не знал еще никто. Можно было лишь предполагать, что, поскольку солдаты были главными героями переворота, армия и в дальнейшем будет играть в государственной партии главную скрипку.