Книга Духовная, страница 22 – Наталья Кашина

Александра Михайловна всячески старалась заинтересовать Полину подготовкой к свадьбе, но видя тщетность своих попыток, призвала свою старшую дочь, которая с большим энтузиазмом пришла ей на помощь.

Мужчины вернулись только после обеда. Николай, однако, не стал переодеваться, а напротив, потребовал, чтобы Полина, отложив все свои занятия, взяла аптечку и немедленно ехала с ним. Только садясь в пролетку, Полина получила объяснения этой спешке:

— Полина Ивановна, вы же принимали роды?

— Неужели жена егеря?

— Да, уже больше восьми часов, повитуха в растерянности. А оба местных врача заняты. Один в прозекторской осматривает тело Матильды, другой ампутирует ногу неудачливому майору из приезжих, который по пьяни влез в капкан. В общем, ни один их них приехать на роды не может. А егерь места себе не находит, кричит, что жену свою хоронить не будет, что сам с ней в могилу пойдет.

Федор гнал лошадей во весь опор, и уже через десять минут они были перед домом егеря. В доме было жарко и душно. Бедная женщина чуть слышно стонала на кровати, вокруг было много кровавых полотенец. Старуха-повитуха лишь бессильно разводила руками. А в углу на печке чуть слышно плакала маленькая девочка.

Но, несмотря на царивший вокруг кошмар, Полина не испытывала того леденящего душу ужаса, что сковал ее вчера после выстрелов. В богадельне при монастыре ей частенько приходилось принимать роды, и потому она сразу принялась за работу.

Сняв малышку с печки, она чмокнула ее в макушку и передала в руки Николая.

— Возьмите ее и ступайте из дома, и мужа ее отсюда уведите. А после пошлите Федора за чистой одеждой для меня и корзинкой для Оли.

Затем она развернулась к повитухе:

— Голубушка, кипяти воду, да побольше. И свечи зажги все, какие только найдешь. Мне света нужно. А печь больше не топи, и так уже жарко как на сковородке.

Убедившись, что все начали выполнять ее поручения, Полина присела к роженице. Женщина уже почти потеряла сознание, пульс едва нащупывался. Шансов, что она сможет родить сама, практически не было. Шепча молитву, Полина приняла непростое решение и начала кипятить скальпель и иглы.

Достав из аптечки хлороформ, Полина смочила в ней тряпицу и поднесла к лицу роженицы. Затем, обработав место разреза спиртом, занесла подготовленный скальпель.

— Господи, спаси и сохрани…– запричитала в углу повитуха.

* * *

Оба младенчика родились живыми и здоровыми. А вот жене егеря пришлось несладко. Если бы только кесарево сделали раньше. Женщина потеряла много крови, и Полина очень переживала, что она уже не очнется. Закончив шить, ей удалось остановить кровотечение, но роженица была очень и очень слаба.

Когда стало темнеть, в дом вломился обезумевший егерь.

— Мне бабка-повитуха все рассказала! Это ты ее ножом выпотрошила, ведьма!

Измученная Полина даже не успела среагировать, но, к счастью, вовремя появился Николай и одной рукой скрутил егеря.

— Успокойся, Степан. Кому говорят! Полина Ивановна твоих сыновей спасла, и жену, даст бог, спасет. Ты же разумный человек, а в бабкины наветы веришь. В себя приди!

Тут, как по провидению, жена егеря пришла в себя и позвала мужа. Полина в очередной раз за этот день поблагодарила небеса, и, не узнавая своего голоса, начала наставлять новоиспеченного отца: