Книга Кольцо, страница 16 – Наталья Новгородская

— Я нашла его…Правда! Пустите меня! Я сама отдам его Императрице! Пустите!..

Наконец, Шурочку притащили в хорошо обставленную комнату и отпустили. Гренадёры стояли по бокам от неё, а фрейлины, как свидетели, наперебой что-то стали говорить человеку в парике, стоявшему спиной. И когда он повернулся, то Шурочка узнала в нём старого распорядителя. Он с неодобрением оглядел её с головы до ног. Когда Жёлтая передала ему кольцо, то он самым тщательным образом проверил его на свету, крутил в руках не менее пяти минут, и Шурочка уже вся извелась от ожидания, когда он заговорил:

— Это очень отвлатительно! Такое плеступление плотив Импелатлицы! Вам нет плащения!

— Я клянусь, что нашла его! — взвыла Шурочка.

Но Шпитцель грубо прервал её, подняв вверх руку.

— Её Величество сама лишит вашу судьбу. А пока в темницу её!

Он взмахнул рукой, и гренадёры снова подхватили Шурочку и также стремительно потащили дальше по коридорам и вниз по лестнице. Она пребывала в таком ужасе, что не могла сопротивляться, кричать или звать на помощь. Она узнала тот коридор, где находилась кухня, но никто уже не встретился ей по дороге — то ли все готовились к праздничному ужину, то ли так испугались гренадёров, что спрятались по углам.

Жёлтая открыла какую-то дверь, и охранники грубо толкнули невольницу внутрь. Шурочка упала на пол, и у неё уже не было сил подняться. Дверь за ней закрылась, и вскоре перестали быть слышны шаги за дверью. Слабый свет проникал в маленькую кладовку через крохотное зарешеченное окошко, но и он не мог осветить всё помещение. Вдруг где-то в углу послышался писк и какая-то возня, и Шурочка прислушалась. Что-то мягкое коснулось её руки, и она, живо поднявшись, метнулась в другой угол и забралась с ногами на мешок с мукой. Мыши выбрались из своего укрытия и стали осматривать пол в поисках пищи, а также c интересом обнюхивать то место, где только что лежала Шурочка.

Она устроилась на мешке поудобнее, поджав ноги, и попыталась обдумать своё положение. Не вызывает сомнений, что её приняли за преступницу и готовят ей самую тяжёлую участь. Несомненно, что она опоздала к тому моменту, когда проснётся бабушка, и что сейчас делается с ней, когда она не может найти свою единственную внучку? Также совершенно ясно, что Шурочке никак не передать записку домой, и бабушка, быть может, и не узнает о судьбе внучки. Вдруг её казнят прямо завтра, а бабушке сообщат об этом только спустя время?

Шурочка тихо заплакала, уткнувшись лицом в колени, жалея свою несчастную судьбу, бабушку, оставшуюся совсем одну, и коря себя за то, что забрала себе в голову идти во дворец. “Ах, если бы я выкинула это кольцо в реку, то ничего бы не произошло! Ну, кто тебя просил идти во дворец, Шурочка?”

Когда дверь открылась, и свет от свечей залил кладовку, Шурочка, уставшая плакать, всё также сидела на мешке, поджав колени. Гвардейцы грубо её схватили и повели к выходу, она, не заметив их, не сразу сообразила, в чём же дело. Лестницы…Коридоры…Она уже не имела желания сопротивляться или оправдываться, а хотела только лишь, чтобы её мучения быстрей закончились, и неважно каким способом.

После всего её привели к высокой белой двери с золотыми вензелями, и девушка даже не вспомнила, что недавно была здесь. Рядом с дверью стоял Шпитцель, суровый и деловитый. Он знаком приказал молодчикам отпустить Шурочку, и они встали позади неё.