Книга Кольцо, страница 17 – Наталья Новгородская

— Сейчас вы войдёте к Её Величеству, и я плашу вас вести себя достойно, если ещё хоть капля достоинства у вас осталась. Она сама лишит вашу судьбу.

У Шурочки невольно открылся рот от изумления. Такого она никак не ожидала! И если ещё час назад тёмная сырая кладовка казалась ей самым страшным испытанием, то теперь она всем сердцем желала вернуться туда. Войти к Императрице, и в каком виде! Думала ли она, что будет представлена Императрице, как воровка её кольца с рубином?

Дверь открылась, и распорядитель первым вошёл в комнату, что-то сказал Императрице, а потом велел привести девушку. Гренадёры слегка подтолкнули её, потому что Шурочка замерла на пороге, и она, спотыкаясь, вошла в хорошо обставленную комнату и огляделась. Сколько свечей! Сколько затрат! Шурочка стала в уме прикидывать, во сколько же обходится ежедневное освещение такой комнаты, и вскоре сбившись со счёту, обратила свой взор на сидящую в глубоком кресле Императрицу. Её сердце гулко застучало от величия этой женщины и торжественности вершившегося момента.

Маленькое личико обрамляли кудри пышного парика, голубые глаза смотрели с интересом, но без явного презрения или гнева, пухленькое тело было облачено в шёлковое платье с золотой и серебряной вышивкой, а руки, лежавшие на подлокотниках, были усыпаны кольцами и перстнями. Они переливались в свете сотни свечей разными огоньками, и Шурочка с трудом смогла отвести от них взгляд.

Ноги Её Величества покоились на красной бархатной подушечке с вышитой золотом корой. По бокам кресла стояли хмурые и недовольные фрейлины, а поодаль — молодой хранитель подушечки, с которым Шурочка встретилась ранее. Он смотрел на всю картину широко открытыми от удивления глазами, пытаясь понять, что эта девушка делает в покоях Императрицы. Первый день во дворце, а уже удостоилась быть принятой Её Величеством!

— Это кольцо действительно было у вас? — спросила Императрица, достав откуда-то из складок платья злосчастное украшение.

Шурочка кивнула.

— И как же оно к вам попало?

Шурочка сглотнула, и, с трудом подбирая слова, стала описывать недавние события, связанные со своей находкой. Её Величество кивала в ответ, и постепенно девушке становилось легче, она понимала, что прямо сейчас её казнить не собираются. Можно ещё побороться за свою жизнь. Следующие слова повергли Шурочку в изумление.

— Да, вероятно, всё так и было. Это кольцо мне великовато, и оно вполне могло соскользнуть с моей руки, — она рассматривала кольцо на свету. — Оно мне дорого, как память об одном человеке. Видите ли, это подарок…Ах!

Императрица небрежно махнула рукой, отгоняя от себя какое-то воспоминание, и продолжила:

— По дороге в этот маленький городишко, я и подумать не могла, что здесь меня будет ждать такое приключение! Благодарю за то, вернули мне кольцо. Я почти сразу заметила пропажу, но никому не сказала, а то все кинулись бы искать его, поднялась бы суета, начались бы волнения в городе, и охота за моим кольцом, а я так хотела отдохнуть! Вон, Шпитцель мне до сих пор простить не может, что я утаила это от него! Он так печётся обо мне, и был расстроен больше меня, узнав о пропаже.

Распорядитель покраснел и церемониально поклонился своей госпоже. Шурочка тоже зарделась, тронутая и польщённая благодарностью самой Императрицы. Покраснели и фрейлины, но не от умиления, а от злости, ибо они в своей поспешности оказались неправы и выслушали обличительную речь своей благодетельности. Она была очень недовольна, что они упекли молодую девушку в тёмную кладовку. Могли бы посадить её хотя бы на чердак.