Книга Кольцо, страница 26 – Наталья Новгородская

На следующий день после завтрака бабушка решила выйти в сад, потому что погода как раз установилась, и ветер перестал угрожающе стучать в оконные стёкла. Шурочка с кислым лицом двинулась за нею, и отвлеклась от своих невесёлых мыслей только когда услышала сдавленный крик. Авдотья Семёновна узрела руины беседки и кинулась к ним чуть ли не плача.

— Шурочка, ты только взгляни! И как же это так вышло? Как бы огорчился Степан Василич, увидев сию трагедию! Он бы не пережил подобного, я точно знаю!

Девушка зарделась и потупила глаза, словно сама была виновницей недавнего происшествия, но более от того, что вспомнила, как молодой спаситель взял её за руки и притянул к себе. О, если бы дедушка узнал о подобной вольности!..

Проходящая мимо забора Стешка, вытянула шею и с любопытством обозрела сию картину. Она шла по дороге, но услышав возгласы своей бывшей барыни, решила узнать, в чём дело. Она по-свойски открыла калитку, которую никогда хорошо не запирали, и подошла к женщинам. Барыня заметила её, но будучи слишком огорчённой, не стала её бранить.

— Ах, Стешенька, ты только взгляни на это! Всё, что было нам со Степаном Василичем дорого, теперь превратилось в руины!

— Да бросьте, барыня, эта развалина давно дышала на ладан! — махнула рукой Стешка. — Я помню, как ещё барин думал перестроить её, так вы не дали тогда. Полно вам убиваться.

Бабушка исподлобья зыркнула на Стешку, а та, не обращая на неё внимания, обратилась к Шурочке:

— Барышня, а идёмте со мною жёлуди собирать! Вы знали, что самая лучшая настойка теперь на желудях? Меня барыня научила…

— А что же вы бросили с барыней гербарий, Степанида Варфоломеевна? Как же так? — съязвила Авдотья Семёновна.

— Да вот уж… — Стешка поправила шляпку. — Литья все у нас пожухли, а те, что на земле — уже сгнили. Но настойка выйдет отменной! Я попрошу барыню и вас угостить, Авдотья Семёновна.

— Да уж уважьте, будьте любезны!

— Так можно барышне пойти со мною?

Бабушка посмотрела на Шурочку, которой явно хотелось пойти со Стешкой и посплетничать, и строго ответила:

— К сожалению, нет. У моей внучки есть более важные дела дома.

Бабушка с гордо поднятой головой взяла Шурочку за руку и повела к дому. Девушкам осталось только печально посмотреть друг на друга в последний раз. Но тоска и печаль Шурочки были отринуты, когда с визитом явился Андрей Тропинин. Он приехал без отца, которого задержали дела, и, верно, поэтому был немало смущён и поначалу не мог внятно изъясняться. Он пояснил, что Императрица скоро двинется в путь, ведь ей надобно возвращаться в Столицу, и он желал бы пригласить Шурочку проводить императорскую карету. Он с отцом ещё задержится в городе ненадолго: необходимо заняться вещами Императрицы, проверить, чтобы всё доставили в Столицу в сохранности, распустить прислугу…Про себя он думал, что для него обернулось на пользу приехать в город раньше Императрицы, а уехать позже.

Шурочка была немало удивлена и польщена, она с восхищением смотрела на гостя, помятуя о его вчерашнем подвиге и позабыв о своих недавних сомнениях и переживаниях. Бабушка же находилась в странной задумчивости, но, поразмыслив над предложением Тропинина, помня о его положении в обществе, не смогла ему отказать и отпустила внучку. Правда, чтобы гарантировать её возвращение домой, пригласила Андрея отобедать с ними, и он почти сразу принял это любезнейшее приглашение.