Книга Осколки, страница 38 – Виктория Побединская

— Да, — отвечаю я, потирая подбородок. — Именно это я и собираюсь делать. Обойдись как-нибудь без моей помощи, тем более ты сам с утра назвал меня бесполезной.

— Я не называл тебя бесполезной. — Одной рукой придерживая пирамиду коробок, Ник тянет что-то из-под самого низа. — Я не говорил конкретно про тебя.

— Ты намекнул, а это почти то же самое, — говорю я, пытаясь показать, что не сдвинусь с места, пока не услышу извинений. — Как и про то, что в одиночку вы бы уже пересекали границу. И про то, что британские ученые доказали, рыжие слишком болтливы.

— Хорошо, возможно, я слегка перегнул. Я раскаиваюсь.

— В таком случае, скажи, что официально просишь прощения.

Пару секунд Ник молчит — раздумывает, а потом произносит:

— Я не настолько раскаиваюсь.

Ловко придержав конструкцию из коробок рукой, встает и закидывает что-то в корзину. Я возмущённо раскрываю рот.

— Да брось, Ви, нечего строить из себя обиженную, — посмеивается Ник. — Все и так уже поняли, что ты как тот рыжий кот, что с виду милый и пушистый, а на деле стоит отвернуться, тут же прокрадется в спальню, чтобы наблевать на покрывало.

— Очень смешно, — отталкивая его, я ухожу вперед, а Ник следом забирает тележку.

— Ну вот. А потом девушки жалуются, что им не делают комплименты.

— Ах это был комплимент.

— Именно он.

— Ради всего святого, когда в следующий раз решишь такой комплимент еще кому-то сделать, вспомни, что ты в этом полная бездарность.

Его губы изгибаются в подобии улыбки, и я замечаю, что левый боковой резец искривлен, но этот недостаток даже придает его ухмылке особенность. Я провожу языком по ряду своих ровных зубов и предполагаю, что в отличие от меня, парень явно не носил скобки в детстве.

— А, ну тогда отлично, — пожимает Ник плечами. — Мне же проще.

Мы оплачиваем покупки и следуем к выходу, петляя мимо брошенных где попало тележек. Из динамиков льется праздничная музыка. Обыкновенный день из жизни обыкновенного города. Я иду за семьей с двумя детьми, которые увлеченно обсуждают новый эпизод какого-то сериала. Ник шагает следом. И тут мое внимание привлекает постер на стене у выхода из магазина.

«Семейный пансионат «Хелдшир рокс» приглашает вас влюбиться в это Рождество!»

Плакат будто нарисован красками. На меня смотрит заснеженный домик в окружении округлых склонов, пушистых сугробов и многометровых сосен с шапками снега, словно растаявший зефир. Прекрасный вид. Даже волшебный. Хотела бы я оказаться там на праздники. Кружиться среди сверкающей мишуры и веток омелы под бесконечным конфетти из крохотных снежинок, летящих с небес, прямо как на картинке. И когда представляю, как здорово было бы провести там выходные, до меня доходит.

В самом низу черными печатными буквами написан адрес, кажущийся до невозможности знакомым:

0929 Брук фоллс стрит, Хелдшир

0929… Это не день рождения Арта!

А выбитые на кольце буквы обозначают название города. Это адрес!

От удивления я разеваю рот, резко останавливаюсь и замираю перед плакатом, не в силах унять поднимающиеся внутри чувства восторга и паники одновременно. Ник, не успев затормозить, врезается, ударяясь зубами о мой затылок.

— Ай… — ругается он, выплевывая изо рта прядь моих волос. — Что, мать твою, случилось?

— Смотри! — указываю я рукой на строчку внизу. — Думаешь, это совпадение?