Книга Фантом, страница 93 – Виктория Побединская

Судя по звуку, Ник отталкивается от стены и подходит ближе. Я вспыхиваю. То ли от злости, то ли от тяжелой ладони, которую он опускает на пояс и разворачивает к себе, чтобы мы оказались напротив.

— Два десятка обученных солдат, что так не дают тебе покоя, Джесс, запутав, отправил следом за собой на север. И если бы я услышал через Эхо хоть одну объективную причину для опасения, никогда не привел бы тебя в это место. И это не ты, а я из кожи вон лезу, чтобы оградить тебя от вещей, в которые ты ныряешь с головой, хотя не просят, ну, а если не получается, научить тому, чему не учил никого, даже Арта, и единственное, что меня смущает, — то, что ты до сих пор не понимаешь, почему. Поэтому, да. Это все, что я могу сказать по данному поводу.

В любой другой ситуации я бы не поверила собственным ушам, но сомнений нет. Слова сказаны, и их не вернуть назад.

— Почему? — Вопрос срывается с языка быстрее, чем я успеваю даже подумать. — Потому что считаешь немощной девчонкой и нет от меня никакого толка… потому что я заноза в заднице, как ты всегда повторял… потому что никто больше не стал бы со мной возиться?

Тягучая неопределенность повисает между нами.

— Нет.

Ник устремляет на меня задумчивый взгляд. Его глаза вместо ответа на вопрос задают десяток новых. Я замираю. А потом проговариваю:

— Тогда почему?

И он шепчет:

— Догадайся.

А потом дотрагивается до моей щеки ладонью. Настолько внезапно, что перехватывает дыхание. Сейчас мы стоим так близко, как никогда не позволяли раньше.

— Сложно со мной, да? — произносит Ник. Вопрос звучит на удивление серьезно, потому что таким голосом не шутят. От того, как переплетаются слова, приобретая новое значение, все внутри сжимается.

Я растерянно замолкаю, встречаясь с ним взглядом. Выражение его лица предельно серьёзно. Тишина звенит. Ник заводит прядь волос мне ухо, заглядывая в глаза. И когда кажется, что все так долго воздвигаемые между нами стены падают, за спиной слышатся шаги и раздается знакомый голос:

— Не отвлекаю?

Мы с Ником оборачиваемся. Я устало прикрываю глаза. Только его тут не хватало. Скрестив руки на груди в двух шагах от нас стоит Джесс. Молча переводит взгляд с брата на меня, пытаясь понять, чему помешал. А потом шагает вперед, протягивая ладонь, но Ник ее не пожимает. Теперь его лицо выражает что угодно, кроме дружелюбия. — И тебе привет, — сухо отвечает Ник.

Арт подскакивает ближе и открывает было рот, но тут же захлопывает его, поняв, что не стоит влезать с комментариями.

— Что с лицом? — опускает руку Джесс, капитулируя. — Чем недоволен снова?

Он с такой злостью сверкает в мою сторону глазами, что я делаю шаг назад, чтобы спрятаться за спиной его брата.

— Почему соврал, что отцовский дом продал? — спрашивает Ник. Джесс издает суховатый смешок. — Опять пытаешься мою жизнь контролировать? Своей нет? — продолжает он таким властным тоном, которого я от него еще ни разу не слышала.

— Все-таки полез туда?

— Разумеется.

Джесс мельком глядит на меня. В воздухе пахнет грозой. — А я гадал, почему на сообщения не отвечаешь, что за детский сад. Все вопросом задавался: в кого ты такой мудак вырос?

Ник фыркает: — В тебя, в кого ж ещё. Столько лет только и делал, что пытался стать тобой. А вот сейчас понимаю, зря, видимо.