Книга Боюсь тебя любить, страница 121 – Мария Высоцкая

Валяющийся на столе телефон оживает, сотрясая квартиру громким звонком. Ванька смотрит на экран, хмурится и тянется к смартфону.

— Я быстро, – взъерошивает мои волосы и выходит из кухни, негромко отвечая звонящему.

Оставшись одна, дергаю ручку выдвижного шкафчика на себя и вытаскиваю пластиковую баночку. Быстро делаю фотку на телефон и возвращаю таблетки на их законное место. Нервно провожу ладонями вдоль бедер и направляюсь в ванную. Мне все-таки необходим душ.

Я провожу там минут пять. Просто ополаскиваюсь и заворачиваюсь в огромное банное полотенце, прежде чем выйти в прихожую.

Там же сталкиваюсь с уже переодетым Ваней.

— Мне нужно отъехать по работе, – сообщает будничным тоном.

— Это не может подождать до утра? Ну не убили же никого, в конце концов, – протяжно вздыхаю, замирая взглядом на Ванином лице. – Серьезно? – перестаю двигаться. – Убили?

— Да. Человека, которого мы сейчас разрабатываем, – застегивает пуговицы на рубашке. – Ложись спать. Я вернусь через пару часов.

— Ладно, – обнимаю свои плечи и делаю шаг к Ване.

Целую первая, привстав на носочки, чувствую, как его руки заползают под полотенце.

Во мне все еще живет страх, что любой его уход может быть навсегда…

— Я быстро, – шепчет в губы и, отстранившись, достает из шкафа пальто.

Закрываю за ним дверь и бреду на кровать. Уснуть, конечно, не могу. Становится жутко от одной только мысли о реальном трупе. А ведь люди с ними работают. Некоторые изо дня в день смотрят на весь этот ужас.

Часто моргаю, стараясь сбросить с себя ощущение тревоги. А оно зашкаливает. Эта гадкая банка таблеток не дает мне покоя.

Что с ним происходит? Что за секреты?

Перевернувшись набок, снимаю блокировку на телефоне и вбиваю в поисковик название таблеток, что принимает Ванька.

Это обезболивающее. Очень сильнодействующее обезболивающее. Такое, что не купишь без рецепта. Такое, от которого с легкостью может возникнуть зависимость.

Иван

Дождь не заканчивается всю ночь.

Меня кошмарит. Снова. Очередной рецидив.

Тяну на себя крышку бардачка и вытаскиваю блистер. Выдавливаю на ладонь таблетку.

Четвертая за сегодня.

Пострадавшая от ранения нервная система очень любит напоминать о себе в самый неподходящий момент. Любое нервное потрясение, и неважно, что положительное, возвращает в это болото из раза в раз.

Врач говорит и говорил три года назад – нужна еще одна операция. А может, и больше. Таблетки – это временное спасение, и нужно быть более ответственным.

Но какая, к черту, ответственность, если все это слова? То, что я снова лягу под нож, не гарантирует результата. Лишь надежду и никчемный шанс.

Прошло много времени. Да и все эти адские боли лишь периодическое явление. В последний год мучают чаще, но это не сюрприз. Я знал, что так будет. Меня предупреждали.

К сожалению, терапия не всегда может помочь. А вот выкачать из пациента бабло – это врачи делают с превеликим удовольствием.

Чуть громче обычного хлопаю дверью машины и, прикрыв голову папкой, иду к распластанному на мокром асфальте трупу.

Честно говоря, впервые за последние годы я хочу побыстрее разобраться с возникшей проблемой и вернуться домой. Потому что там меня ждет человек, которого я люблю.

Всегда любил, даже когда убеждал себя в обратном.

— …так что, можно сказать, дело закрыто. Разгребаться с этим, – Каримов с довольной улыбкой на лице выбрасывает затлевший окурок в лужу, – теперь не нам.