Книга Бывший муж. Я хочу нас вернуть, страница 63 – Анастасия Петрова

Несмотря на то, что Юля зла… В прошлом я допустил достаточно ошибок, в том числе разделив мать и дочь, и на протяжении долгого времени только увеличивал между ними дистанцию. В этот раз я не могу так поступить.

В этот раз всё должно быть правильно. И я отчаянно стараюсь не опускать руки и верить в то, что Юля найдёт в себе силы хотя бы принять моё «прости».

Ощущение, безусловно, есть — что моя исповедь ей к чёрту не сдалась. Но если мы покажем друг другу всю подноготную — разве не станет легче? И когда после этого с Дашей они уедут обратно в Питер, я буду знать, что она увидела мою душу, а я наконец услышал и принял её.

Чёрт.

Смахиваю экран телефона, залезаю в мессенджер и открываю её фото. А потом делаю то, что никогда себе не позволял. Хриплым голосом записываю ей голосовое сообщение. Надо бы не позориться, просто написать: в порядке ли она, удалось ли найти жильё, может, вдруг нужна помощь…

Нет. Я записываю всё это. На целую минуту. С тяжёлыми паузами и грёбаным отчаянием. Ответ от бывшей жены приходит спустя очередной опустошённый бокал бурбона.

«Я же сказала, общение только по делу», — присылает она сухо.

Я склоняюсь над телефоном, прислоняясь к нему лбом.

«По делу. Тебе удалось найти жильё?»

Она не отвечает. Тогда я хмуро и очень долго печатаю ещё одно.

«По делу. Дубль два. Ты успела встретиться с Кариной?»

Вижу, как галочки становятся синими — значит, она уже прочла.

«Нет».

Осознаю, что она намеренно так пишет — даёт понять, что не хочет моей компании, даже виртуально.

«Юль, я не перестану пытаться».

Секунду думаю, всё же нажимаю «отправить» и блокирую телефон. Знаю, что она не ответит. И теперь будет ещё быстрее и дальше убегать от меня. Но я буду догонять. Потому что однажды уже смотрел ей в спину.

Теперь — не хочу.

Поиск квартиры затягивается, и меня это удручает. Постоянное разочарование от просмотров давит морально: то окна выходят на шумную трассу, то цена такая, будто вместе с квартирой в придачу дают долю в нефтяной компании. Я не выбираю квартиру по интерьеру, мне не нужен дизайнерский ремонт или панорамные окна. Мне важно только, чтобы я могла позволить себе эту квартиру, чтобы она не съедала весь мой бюджет, и чтобы я могла добраться до клиники за двадцать минут максимум, даже в час пик.

Все же оставляю заявку на поиск, риелторское агентство клянется найти для меня подходящий вариант в кратчайшие сроки. А я, тем временем, погружаюсь в привычное, почти автоматическое занятие — сбор чемоданов.

У нас с Дашей не так много вещей, но, несмотря на временность, я уже успела обжиться: книжки на прикроватной тумбе, полотенце на крючке в ванной, её рисунки на холодильнике. Саша делает попытки поговорить, но я не могу пересилить себя и выйти на разговор. Просто не вижу в нем смысла. Абсолютно никакого.

Все было сказано ещё у клиники. Чётко. Жестко. До конца. Мне больше нечего добавить. А вот для Саши, похоже, наоборот — разговор только начался. Он стал еще более настойчивым, ещё более вежливым, будто старается выпросить второй шанс своим правильным поведением. Благо, хотя бы не заявляется на порог. Уже за это — спасибо.

Меня тревожит отсутствие Карины. Не знать, где находится собственная дочь — это больно, страшно, невыносимо. Но… она должна осознать всё, что натворила. Понять, что есть последствия. Я не могу быть вечно принимающей, всепрощающей матерью. Даже если где-то глубоко внутри рвётся желание обнять, простить, понять — сейчас это невозможно. Если я поддамся, она решит, что всё сходит с рук. А это не так. И не должно быть так.