Книга Тридевятое. Книга первая, страница 6 – Ирина Кизимова

— Ты из этих мест, Василиса?

Иван сам не знал, почему так быстро заинтересовался этой едва знакомой девушкой, было в ней что-то таинственное, которое так и манило к себе.

— Может из этих, а может и из тех. — неопределённо отозвалась Василиса. — Это так важно?

— Отнюдь. Просто любопытно.

— Отвечу, когда ты скажешь: что за печаль у тебя на сердце?

— Хочешь, чтобы я пожаловался тебе на нелёгкую судьбу? Засмеёшь ведь.

Она резко повернулась к нему, глядя прямо в глаза.

— От чего же? У простого люда свои печали, у царского — свои.

— Однако царевичам не пристало роптать на нелёгкую судьбу.

— Оно верно. Немногим дано тебя понять, большинство скорее сочтут подобное за грубость и неуважение к крестьянским заботам.

Василиса покачала головой, разглядывая собеседника, нельзя было не отметить, что Иван был статен и прекрасен, его золотистые волосы даже в темноте отливали солнечным светом, и только печальный взор говорил о том, что на самом деле царевичу тоже не так легко живётся на этом свете.

— Ты можешь рассказать, я постараюсь долго не смеяться. — мягко улыбнулась она, пытаясь подбодрить Ивана.

Царевич задумчиво кивнул, вероятно, размышляя о том стоит ли говорить о своих переживаниях с едва знакомой девушкой. Но было в ней что-то такое, что располагало к себе с первых секунд их встречи, так что он всё же решился на разговор по душам.

— Знаешь ли ты про обряд отпускания стрелы?

— Это тот, с помощью которого царские сыновья ищут себе невесту? Слыхала.

— Царь-батюшка назначил его на завтра. И хоть я и должен радоваться скорой женитьбе, но, честно говоря, чувствую себя не в своей тарелке из-за происходящего.

— Боишься, злюка попадётся? Али карга старая?

— А кто ж такого не боится⁈

Василиса усмехнулась:

— И правда. В этом немного счастия будет.

— Я бы хотел знать человека, с которым мне суждено прожить всю жизнь, заранее. Влюбиться по-настоящему. — он горько усмехнулся и покачал головой. — Но сия роскошь недоступна даже царевичам, что уж говорить о простом народе.

— У тех, к кому попадут ваши стрелы тоже не будет выбора. Она обязана быть царской невестой по воле случая. — Василиса задумалась. — Впрочем, это не такая уж и плохая судьба.

— Если бы ты была на моём месте, то вышла бы за того, на кого стрела указала?

Она тихо засмеялась.

— Сложно представить себя на месте царской особы, когда всю жизнь не можешь найти свой угол.

— У тебя нет дома? — сочувственно спросил Иван. — Я с радостью помогу тебе устроиться на службу в царском тереме.

— У тебя доброе сердце, Иван-царевич. — девушка сделала шаг навстречу к собеседнику, оказавшись совсем близко к нему. — Но у меня есть дом — всё Тридевятое царство.

— Это можно назвать родиной, а не домом. — покачал головой царевич.

— Ты совсем меня не знаешь, а уже готов помочь.

— Хорошему человеку всегда хочется помочь.

— Откуда же тебе знать, что я хорошая?

Иван тихо засмеялся будто девушка сказала что-то очевидное:

— У тебя на лице всё написано, не может быть у плохого человека таких сияющих глаз.

Василиса солнечно улыбнулась ему в ответ:

— А знаешь, Иван-царевич. Если бы твоя стрела угодила в мой двор, я бы пошла за тебя замуж.

Иван хотел было ответить, но девушка уже скрылась за соседним стогом сена.

— Эй, погоди!

Иван побежал следом за ней, но зайдя за стог никого не обнаружил, Василиса словно растворилась в ночном воздухе. Царевич повертел головой, пробежался меж ближайших стогов, но только ночной ветерок гулял в чистом поле, играя с засохшими травинками. Никакой загадочной девушки не было и в помине. Ещё немного побродив между стогов, раздосадованный юноша окликнул коня и двинулся в сторону города, так и не заметив, что из-за сухой травы за ним с интересом наблюдает небольшая лягушка, а глаза её сияют словно звёзды.